Сказки для долгой ночи

На мозолистой ладошке натруженной руки лежала монета. Последний вечерний свет пробивался через щели в кровле, заставляя металл сиять и поблёскивать.

– Чего ты? – опешил Яромир. – Золото ведь.

– Пустяки, безделушка это, – отмахнулась женщина, пытаясь скрыть волнение.

– Как есть золото. С кузнецом споришь, хозяйка.

Она вложила монетку Яромиру в руку. Пальцы её дрожали и были холодны, как вода в проруби.

– Бабка моя оставила. Монетка непростая, помогать умеет, коли сомневаешься в чём. Бери, говорю. Чую, тебе нужнее.

– Спасибо, – только и смог вымолвить Яромир. – Гляжу, не только в Холмогорье дивные дела творятся.

– Дурные, – поправила его хозяйка. – Дурные там дела.

*

До Холмогорья добрались уже к полудню. Высыпали на улицу бабы да ребятишки, ревели в голос. Обнимали возвратившихся, горевали о павших. Яромир, не заходя в кузницу, бросился к Радиному дому: «Что скажу я ей? Ждала меня или нет?»

Вдова сидела на крыльце и стирала тряпки в старом корыте. Яромир поклонился до земли.

– Дома ли Рада? Здорова? Повидать её хочу.

– Ушла Рада. – Руки вдовы прекратили работу. – В услужении у ведьмы она теперь.

– Как в услужении?

– А вот так. Сама не своя стала однажды. Пойду, говорит, ведьме служить. Та, правда, и нас не обидела – корову дала.

Забыв про голод и усталость, кинулся Яромир по улице и бежал до самого ведьминого дома. Ворота были заперты, но он стучал и стучал до тех пор, пока до крови кожу не ссадил. Вдруг заскрипел засов в петлях, и вышла к нему Рада.

– Рада-радость моя, – горячо прошептал Яромир и шагнул навстречу.

Подняла на него девица глаза – острые льдинки в них. Не такие были у его Рады: весенняя зелень в майский день, а не талая полынья. Голубые, холодные очи не узнавали Яромира.

– Кто ты и что нужно? Я передам хозяйке.

– Ошибся… ошибся двором. – Яромир попятился. – Прости, красавица.

Он со всех ног бросился прочь, кожей чувствуя, как скребётся и колет грудь полынь за пазухой.

*

Работа не ладилась. «Стены, что ль, подлатать?» – подумал Яромир.

– Эй! – окликнул он запросто, не вспомнив имени.

Остановилась девушка, взглянула на кузнеца.

– Чего тебе? – спросила та неласково.

– Рада где?

– У ведьмы в доме, знамо дело.

– Не она это, – уверенно сказал Яромир.

– Она. Испорчена или проклята – не знаю. Но она.