Сочинения. Том 2

Aristotle’s psycho-physiological account of the soul-body relationship // Psyche and Soma: Physicians and Metaphysicians on the mind-body problem from antiquity to Enlightenment. Clarendon Press, 2000. P. 57–77; Ullmann M. Aristotle on “distinguished physicians” and on the medical significance of dreams. In: Ancient Histories of Medicine: Essays in Medical Doxographyand Historiography in Classical Antiquity / Ed. van der Eij k Ph. Leiden: Brill, 1999. P. 447–459; Peck A.L. Aristotle, Parts of Animals / Loeb (ed.).

London, Cambridge. 1937. 560 p.; Peck A.L. Aristotle, Generation of Animals / Loeb (ed.). Londo, Cambridge, 1943. 607 p.; Yungwhan L. Aristotle and Determinism: An Interpretation of Aristotle’s Theory of Causation, Necessity and Accidents. VDM Verlag, 2009. 132 p.; Marjolein O. Passive Dispositions: on the Relationship between Pathos and Hexis in Aristotle // Ancient Philosophy. 2012. Vol. 32. N 2. P. 1–18.]. Так же как и Платон, Аристотель не воспринимал землю, воздух, огонь и воду как стихии хаоса или божественные существа. Четыре первоэлемента в физике Аристотеля – всего лишь строительный материал, некие базовые субстанции, образующие материальный мир, способные видоизменяться и перетекающие друг в друга. Однако неприятие геометрической логики, примененной Платоном для описания сущности взаимодействия первоэлементов, поставило перед Аристотелем задачу дать альтернативное, но не менее универсальное объяснение этому процессу. Следствием этого стало углубление критики представлений Эмпедокла о первоэлементах как вечных и неизменных сущностях. В своих позднейших работах Аристотель определенно утверждает вечность существования Вселенной. Исходя из невозможности существования бесконечного, ему представляется логичным предположение об обратном возникновении и превращении элементов. Эти процессы обеспечиваются в системе Аристотеля постоянным движением, составляющим «естественный ход вещей», осуществляющийся под воздействием Божественного Перводвигателя. Проблема состоит в том, что такой процесс естественным образом может привести к полному отделению простых и неизменных тел друг от друга и достижению материей существования вечного покоя. Обладая опытом постоянного наблюдения за явлениями живой природы, Аристотель прекрасно понимал невозможность подобного умозаключения и (что может показаться парадоксальным), устраняя из своей системы идею Платона о Творении Мира, приходил к еще более настойчивой апологии телеологического принципа.