В предчувствии измены. Эротический роман

И он уже продолжает бить меня словами:

– С тех пор, как мы стали жить вместе, моя жизнь превратилась в каламбур. Я забываю дома ключи, права, выхожу на работу в тапочках. И я постоянно опаздываю! Потому что ты всё время говоришь под руку. Как у тебя это получается? Уму непостижимо! Ты говоришь какую-нибудь хрень, которой я пытаюсь придать хотя бы подобие формы, чтобы понять тебя – а ты уже планируешь маршрут, и снова говоришь какую-нибудь другую хрень. И пока я переосмысливаю твои слова, мы уже едем по этой чёртовой дороге! У тебя просто нечеловеческие способности к суггестии.

У меня есть два оружия против него: язвительность и немота. Мне требуется немало сил и времени, чтобы добраться до своего сейфа с этими маленькими револьверами. Нужно взять себя в руки, постараться пропускать его слова мимо ушей, успокоиться – и вот я вспоминаю код, заставляю пальцы перестать трястись и прокручиваю нужную комбинацию. Как же невелик мой арсенал. Но если бы меня предупредили, что такого рода средства пригодятся мне в семейной жизни, а не навыки в постели и домашнем хозяйстве, я была бы более подготовлена.

– Ты открыл новую черту моего характера, и делаешь мне комплимент в такой неуклюжей форме, – вздыхаю я.

– Это не новая черта, я всегда признавал, что ты умеешь мной манипулировать.

Кажется, я поняла значение слова «суггестия».

– Если бы я умела тобой манипулировать, секс был бы у нас чаще, чем раз в сезон, – снова вздыхаю я.

– Зачем ты всё время утрируешь? И ты сейчас хочешь поговорить об этом?

– Мне не хочется говорить с тобой о сексе, ничего нового я не услышу. Буду умирать от скуки. Впрочем, и заниматься им с тобой мне уже тоже не очень хочется. По аналогичным причинам.

– Ну вот и славно. Приедешь домой и посмотришь какой-нибудь фильм.

Моя сдержанная язвительность сменяется подступающей злобой. Она выталкивает обиду из горла и вырывается вместе с ней словами:

– А ты подрочишь на какую-нибудь книгу.

Я краем глаза вижу, как его пальцы впиваются в руль и краснеют. Но ему надо быть сосредоточенным на дороге, иначе мы (нет, не разобьёмся) можем не доехать до чёртовой конференции. Я поворачиваю к нему голову и молча смотрю. Он, наверное, считает до десяти, чтобы успокоиться, как учил меня.

– Ты всё время провоцируешь, – цедит он сквозь зубы. И выдыхает: – К счастью, это единственное средство, которым ты можешь вызвать у меня хоть какие-то эмоции.

Всё.