В предчувствии измены. Эротический роман

Я внюхиваюсь в запах бензина, всматриваюсь в ослепляющие огни фар, вслушиваюсь в гул двигателей, я ощущаю… вибрацию…

Я ощущаю вибрацию в моём кармане. Я взяла с собой телефон. Вот же предусмотрительно. Неужели проснулся? Не буду отвечать – пусть переживает и ищет меня под дождём. А если он заболеет после этого?

То ли под страхом обязанности выслушивать мужа о том, какие процессы происходят в его организме под влиянием простуды, то ли из любопытства, я всё же вытащила перебираемое пальцами в кармане мобильное устройство и взглянула на экран.

– Да, – серьёзно говорю я в трубку.

– Привет, – я слышу потрясающий голос в ответ, вальяжный, растягивающий буквы. Я отчётливо представляю как рот, говорящий таким голосом, изгибается в улыбке, – это Илья.

Коленка Мариш похожа на маленькое кровавое месиво. Она нервно хохочет, отворачивается и дёргает ногой так внезапно, что я рискую получить не только в лоб, но и сердечный приступ.

– Спокойно, – периодически чеканю я, – не ёрзай… почти всё.

– Из тебя получился бы отличный врач, – Мариш одним глазом косится в сторону перебинтованной раны.

Я поднимаюсь с корточек и мою руки. Всё равно я умудрилась перемазаться зелёнкой, это уму непостижимо! Безымянный палец правой руки теперь украшает отпечаток зелёной струи. Хорошо хоть кольцо додумалась снять. Говорила я себе, что никогда больше не возьмусь за это изумрудное зло, но у нас дома не оказалось никаких мазей.

– Тебе кажется, что из любого человека, который не боится крови, получится отличный врач, – утверждаю я.

– Этих людей не так уж много, – не соглашается Мариш. – Мы с мамой натуральным образом падаем в обморок при виде крови. – Мариш придвигается ко мне и говорит шёпотом: – Да и Илья, скажу тебе честно, держался из последних сил.

Её шёпот кажется мне таким ласковым. Какая же она нежная. Маленький лесной цветочек на тоненьком стебельке, с полупрозрачными лепестками. Кажется, дотронешься даже кончиком пальца до его согретой весенним солнышком кремово-розовой глади, и его цвет уже развевается по воздуху, оставив серебристую пыльцу на руках.

– Приспичило же вам в такую погоду учиться кататься на роликах, – неодобрительно качаю я головой.

Мариш надевает джинсы. Какие у неё стройные ножки, изгибы будто созданы руками талантливого скульптора. А какая белая у неё кожа. Я вспоминаю, как касалась её, когда лечила эту маленькую коленку. Неудивительно, что Илья так любит гладить её.