Проводница

– Польтус, кто же это? – спросил вышибала.

– Это глава школы проводников. Очень уважаемый человек. Да что там, говорят, великий человек. Говорят, Граф всех подмять под себя хочет, а пройти Польтуса не может, однако боюсь все-таки время Графа пришло. Что-то гайки круто заворачивать стал, – ответил Хоз.

Лавуз вздохнул и пошел к двери, затем обернувшись, кинул:

– Если что и замышлять, то лучше чем выпускной, не придумаешь.

Клиенты таверны закивали, думая, что вышибала сказал о каких-нибудь праздничных увеселениях, а Хоза пробил холодный пот.

– Как же я не подумал? Это же так. Точнехонько. Все выпускники и преподаватели гуляют, никто не окажет серьезного сопротивления.

– Дядюшка, дядюшка, – услышал он Джо, – Что с вами? Что случилось?

Хоз посмотрел на нее, пробормотал что-то, и быстрыми шагами побежал в кухню, оставив Джо в полном недоумении.

– Клара – крикнул он в кухне, не видя ничего из-за чада, – Клара!!!

– Чего орешь? – крикнула ему Клара.

– Клара, наш ход, ты давно его проверяла? – вновь крикнул Хоз.

– Не ори – спокойно осадила его Клара, – сегодня просила Стигала, он лазил. В порядке твой драгоценный ход. Дядюшка присел на ближайший стул, и уже более спокойно произнес:

– А что с оружием?

Клара перестала катать тесто, подошла, внимательно посмотрела на него, поняв, что происходит что-то серьезное, отошла к сундуку и открыла его. Хоз увидел отчищенные до блеска рапиры и шпаги, выдохнул и произнес:

– Давай-ка Клара вынесем сундук в зал, да поставим за стойку.

Клара охнула, но ничего не сказала. Молча все вынесли, и тогда Дядюшка ей сказал:

– А теперь, поди, собери потихоньку от Джо ее вещи. Думаю, девочка скоро покинет нас и боюсь, что надолго.

Кларины глаза наполнились слезами, но она скрепя сердце пошла.

А время шло. И платье уже дошилось, и время легко и незаметно подбежало к знаменательному разгульному празднику молодости – выпускному.

Выпускной.

Вечер мягко ложился на город, окутывая дома сумерками и ароматами цветущих деревьев. Но вопреки этой мягкости и медлительности вечера, горожане были оживлены, на улицах слышался гомон, смех, в общем все те звуки, что сопутствуют настоящему большому празднику.

Уже все таверны пооткрывали свои двери. Вот уже и стайки молодых нарядных людей стали впархивать в эти радушные двери.

Джо стояла перед зеркалом и рассматривала свое отражение.