Боги на пять минут

Темнота мягко подкралась к группе людей, гревшихся вокруг костра, и замерла, не смея переступить черту света, как дикий зверь в первобытные времена. Люди, чувствуя это, жались к огню, особенно детвора лет шести-двенадцати, и древняя старуха. Несколько мужчин и женщин возились чуть в стороне, разбирая сегодняшнюю добычу.

– Не самый удачный день, но проживем, – баском проговорил мужчина, по замашкам – главный. – Несколько зайцев, немного плодов. В развалинах на юге ничего нет, но на северо-западе удалось найти груду металла, это нужно отнести клану за рекой, они всё ещё балуются кузнечным делом, прости меня боги… Ну, может, что-то путное у них и выйдет…

– Боги – наши предки, – неожиданно и довольно громко произнесла старуха.

Никто из взрослых не обратил на нее внимания. Старуха была со странностями.

Одна из женщин помахала рукой перед лицом, словно отгоняя насекомое.

– Ты бы поосторожнее с ними, – обратилась она к говорившему мужчине, – вдруг они оружие какое сделают и пойдут воевать.

Мужчина добродушно улыбнулся:

– Войн больше уж не будет. Навоевались вон – столько руин от края до края земного, что жить на их остатках много лет будем, как деды наши, и прадеды…

– Как боги! – вдруг крикнула старуха.

– Ба, а расскажи ещё про богов, – попросил вихрастый мальчуган лет десяти.

Несколько пар детских глаз разом повернулись к старухе. Судя по воцарившейся тишине, рассказ этот был одним из любимых.

– Несколько веков назад… – начала старуха.

– А это давно? – перебил её тот же мальчик.

– Лет двести примерно, – уточнил мужчина, садясь рядом. Женщины возились с едой.

Старуха хрипловато продолжала:

– …на этой земле жили боги. Видом они были как мы, но одевались в яркие одежды. Жили они на высоких-превысоких горах, спали на мягких белых облаках. Стоило им прикоснуться ладонью к камню, оттуда начинал течь ручей. А стоило им прикоснуться к железу, из него рождался огонь. Со своих гор они видели все, что происходит на земле.

Старуха замолчала.

– Врешь, ба, не бывает такого, – пропищал смелый мальчуган.

– Никто уж не знает, как оно было, – рассудительно произнес мужчина. – Давно слишком.