Маска Арибеллы

На кухне пахло варёным луком; Арибелла увидела чёрный котелок, висевший над огнём. Отец, должно быть, сварил суп.

Арибелла закрыла дверь и остановилась, пряча свои покрытые волдырями пальцы. Она не знала, с чего начать.

– Папа, я сделала нечто ужасное, – наконец сказала Арибелла.

Отец поднял голову. На его лице мелькнула тревога. Так много времени прошло с тех пор, как он проявлял хоть какие-то эмоции! Арибела больше не могла сдерживаться – горючие слёзы побежали по щекам.

– Я что-то сделала, папа. Я не хотела… я даже не знаю, что это было.

Она сознавала, что это полная бессмыслица. Но как объяснить отцу, если даже она сама не могла ничего понять?

– Я очень рассердилась, – начала Арибелла, глядя в пол. – На одного мальчишку. Он говорил гадости на рынке. О маме. Тео пытался заступиться за меня, но тот парень набросился на него. И тогда… я не знаю, что случилось. Я просто жутко разозлилась… и вроде как взорвалась. Возникло такое сильное чувство… оно прошло через меня, насквозь…

Она замолчала, пытаясь припомнить, как именно это было.

– Пальцы стало покалывать. А потом вдруг из них вылетели искры. И появились маленькие огоньки. Я знаю, что звучит безумно, но клянусь, это правда! А теперь Гиан – тот парень – собирается положить моё имя в львиную пасть. И, наверное, твоё тоже, папа. В любой момент может прийти стража. Мне так жаль! Я сама не могу поверить, что сотворила такое. Не знаю, как я это сделала и что это было. Как будто какой-то жуткий сон! Как кошмар…

В груди вдруг стало тесно.

И, однако, что всё это значит? Она правда проклята? Она ведьма?..

Арибелла подняла взгляд. Глаза отца расширились, он был бледен.

– Кто-нибудь это видел?

Арибелла не знала, что изумило её больше – необычные нотки в голосе отца, его странная поспешность или тот факт, что он поверил ей. Она думала, отец скажет, что такого не могло быть, что она выдумывает.

Она виновато кивнула:

– Это произошло на рынке. Не знаю точно, сколько людей видели, но в любом случае, Гиан всем расскажет. Мне так жаль, папа! Я подвергла тебя опасности. И даже не могу понять, что случилось. Надо уезжать из Венеции. Прямо сейчас!

Отец откинулся на спинку кресла и устало потёр лоб.

– И куда же мы поедем?

– Не знаю, – пришлось признать Арибелле.