Гертруда Мамоновна: ведьмы рулят!

Любопытство и долгие годы совместного пребывания в одном кабинете, соседних домах, трех браках Герти и ни одного моего заставили меня собраться в рекордно короткие сроки.

Я вбежала в кафе ровно через двадцать две минуты, конечно без макияжа и с кукушкой на голове. Герти при полном параде уже восседала во главе стола, того самого нашего: у окна, и лицом к двери. 3аметив меня, она на весь зал прокричала:

– Ну что ты за существо такое, целых двадцать минут дала, а ты даже не успела умыться.

– Угомонись, что случилось? – спросила я, плюхаясь на стул с дикой отдышкой и стучащим на всех порах сердцем.

– Ничего, хочу есть, – говорила моя старшая шестиюродная сестра, при этом тайком отодвигая от меня газету.

– Ладно, давай заказывать.

– Все уже давно заказано, – Герти стала загибать пальцы – блинчики с клюквенным джемом, яичница с помидорами, сырники со сметаной, чайник чая, тебе кофе, ну и так по мелочи: пара пирожков с печенью.

– Кики, сделай мне пару бутербродов с сыром к кофе – крикнула я, подозревая, что блинчиков с клюквой, так же, как и всего остального, мне просто не достанется.

– Фу, сыр сутра, ужас – только продукты переводишь.

Пока мы делали заказ, дверной колокольчик зазвенел, и в кафе вломился Саныч, шумно всех приветствуя:

– Девчоночки, а я вас заметил через окно и решил разделить с вами утреннюю чашечку кофе.

– На халяву позавтракать ты решил, Саныч, – сказала Герти, тем самым разрешая ему к нам присоединится. Герти всегда таяла, как только наш старичок появлялся в поле ее зрения.

Саныч был тайно влюблен в нашу Герти, а та нагло пользовалась своим положением и не упускала момент пофлиртовать с горе-любовничком (так она его называла).

Саныч сел на свободный стул и по-хозяйски вырвал из-под рук Герти газету. Ее якобы протест, он проигнорировал и уткнулся в изучение первой страницы.

– Ты посмотри-ка, – стал читать вслух леший, – «В гималайских горах был замечен след йети. Как сообщают очевидцы, след привел их к опушке леса, где вдали они и увидели огромного по размерам человека сплошь в волосах белого цвета, с длинными ушами как у спаниеля и страшным взглядом голубых глаз».

Вот индюки, они думают, что смогли разглядеть цвет глаз. Вот спрашивается, чего ему, йети, делать в этих самых Гималаях. Климат совсем на него не рассчитанный, вот дремучий народ.

– Пишут всякий бред, – одернула его Герти в попытке вернуть назад газету. – И не обижай бедных индюков, добрейшие создания.