Собачья служба спасения

Если бы не вы с Фиби, они могли бы погибнуть…

– А почему на дверях написано «Животных не подкидывать?» – спросила Вика.

– Потому что мы не приют, и не зоогостиница, и не ветеринарная клиника! Мы – служба спасения. Наша задача – оказаться самыми первыми на месте ЧП – Чрезвычайного Происшествия, – и спасти попавшее в беду животное. Ну а дальше уже передать его или в лечебницу, или в приют, или хозяевам – старым или новым… К себе мы берем спасенных зверей только ненадолго, и если их уж совсем некуда девать… Видишь этот компьютер? В нем – база данных по всем животным, которых мы спасали в нашем городе.

Вика заглянула в монитор и увидела там огромную таблицу, где было записано все про каждого попавшего в беду зверя: как его зовут, что с ним случилось, и куда его отдали потом – вся его судьба.

– Как только случается Чрезвычайное Происшествие, то нам звонят. Вот по этому белому телефону.

Вика кивнула теперь уже увереннее.

– А кто вам сообщает о происшествиях? – спросила она, бросив быстрый взгляд на матрасик под столом.

Марина Викторовна рассмеялась.

– Понятно, наша Фиби поразила твое воображение! Конечно, ведь не каждый раз встретишь говорящую собаку. Ты рассказала про нее родителям?

– Нет. Они все равно бы не поверили.

– А подружкам не рассказывала? Не может быть, чтобы промолчала!

Вика вздохнула:

– Мои подружки остались в старой школе… Мы недавно переехали. А в новой школе я еще подруг не завела.

– Что ж – считай, что ты прошла сразу три испытания.

– Какие? – удивилась Вика.

– Первое – когда проявила находчивость и смелость при спасении щенков. И второе – что не рассказала никому про говорящую собаку…

– А третье?

– Третье – самое главное, – серьезно сказала директор «Зверопомощи». – Есть люди, которые равнодушно проходят мимо чужой беды. А есть такие, которые непременно помогут. Именно такие люди, неравнодушные и сострадательные, нам и нужны.

Вика хотела сказать, что пришла просто еще раз посмотреть на Фиби, но вдруг поняла, что всю жизнь мечтала работать в собачьей службе спасения.

– Мои говорящие животные – это тайна, – продолжала Марина Викторовна. – Только я в нашем городе умею учить зверей человеческой речи. Есть еще главврач центральной ветлечебницы «Доктор Айболит» – он понимает язык животных, но тоже держит это в тайне. Понимаешь почему?

– Нет, – сказала Вика.

– Потому что мы хотим делать нашу работу, и не хотим, чтобы нам мешали.