Легенда о Беовульфе

Люди навсегда запомнили тот пир, но не роскошь его стола и не слава его воинов была тому причиной…

Воины пели и пили, провозглашали здравицы и звенели кубками. И никто из собравшихся даже не догадывался, что их веселые песни разбудили жившего по соседству в холодных зыбучих песках чудовище Гренделя.

Тварь эта была столь ужасна, что ни один художник не смог бы нарисовать его, даже если бы Грендель был прикован к скале цепями в руку толщиной. От страха кисть просто выпадала бы у него из дрожащих пальцев! Грендель был огромен – вдвое выше самого высокого человека, – а зубов у него было столько, что если бы целый год ему вырывали по одному зубу, и тогда бы осталось их полная пасть.

Когти на его передних лапах напоминали острые железные крючья – ими он запросто мог подцепить человека и в одно движение закинуть в рот. Поскольку Грендель жил среди песка, водорослей и вонючего ила, шкура у него стала твердой как засохшая грязь. Сам он был черный, скользкий, и длинные пучки водорослей волочились за ним следом, когда он ночами ковылял по берегу в поисках добычи.

Этот Грендель терпеть не мог людей и старался держаться от них подальше. Но той ночью их песни и веселье пробудили в нем лютую ярость. А когда Грендель впадал в ярость – ему срочно нужно было кого-нибудь съесть! Лучше всего – как раз того, кто его разозлил!

Шум и песни в замке Хеорот уже много ночей подряд не давали ему спокойно выспаться. И вот той ночью терпение его иссякло.

Грендель высунул зубастую башку из своей норы в зыбучих песках, да как заревет:

– Замолчите! Грендель хочет спать!!!

В окрестных деревнях крестьяне проснулись и чуть со страху не умерли, услышав этот рев.

Но рыцари, дружно распевавшие в замке Хеорот, ничего не услыхали, и только грянули новую песню. Они пели и в лад ударяли серебряными кубками о стол, чтобы им было веселее.

– Ах так! – заревел Грендель.

Вылез он из своей соленой трясины – от него даже змеи водяные шарахнулись, – и побрел к замку.

Идет, когтями впереди себя загребает. Задними лапами с перепонками меж пальцев по песку – шлеп-шлеп! Шлеп-шлеп!

Тем временем в замке пиршество было в самом разгаре. Каждый из рыцарей по очереди вскакивал и рассказывал о каком-нибудь своем геройстве, а потом поднимал кубок в честь короля. Стоял такой шум и гам, что никто не слышал, как к замку в ночной темноте, злобно сопя, тащится ужасный Грендель.