Громовая жемчужина

Что, надеялся скрыться в храме, киримец? Думал, мы тебя здесь не найдем? Вот это я люблю – травить вас по углам, как крыс!

– Долина Высокого Неба капитулировала еще вчера, – раскатистым басом заявил бог в роскошных доспехах. – Твои родственники признали поражение!

– Я и без вас это знаю, – проворчал Сахемоти.

– Тогда почему трепыхаешься? – демоница щелкнула по полу огненным хлыстом.

– Да вот хотел посмотреть, кого ты еще позовешь на помощь, охотница. Не знаю, хватит ли у вас сил, чтобы втроем расправиться с безоружным.

Огненный хлыст в руке демоницы вспыхнул багровым пламенем, ощетинился иглами…

– Подожди, – ровным голосом сказал Бессмертный Воитель. – Где второй?

– Да, – подхватил Хенму. – Где бог грома?

– Каминари? Он упал в море.

– Это я его сшибла на лету, – гордо заявила охотница. – Слыхали, как бабахнуло?

– А мне показалось, что он бросился в море сам, – возразил Бессмертный Воитель. – Это неспроста…

Демоница зажмурила удлиненные огненные глаза и принюхалась.

– Я его не чую! – объявила она. – Существа по имени Каминарибольше нет на этом свете.

Сахемоти мысленно перевел дух. Больше всего – гораздо сильнее, чем за собственную жизнь, – он боялся, что боги не поленятся и отправятся в Донную страну искать останки Каминари. Это означало бы конец всего.

– Давайте уж скорее покончим с этим мятежником, – сказал Хенму.

– Отправьте его в Надзвездную Тьму, – предложил Бессмертный Воитель. – Оттуда не возвращаются даже высшие боги.

Хенму поднял взгляд к потолку и тяжко вздохнул.

О-хо-хо, опять тащить его наверх? Давайте лучше вышвырнем его на Обратную Сторону кратчайшим путем.

– Как это?

– Да через океан!

– Как бы он не ускользнул по дороге, – сказал Бессмертный Воитель. – Смотрите, здесь ему поклонялись как морскому дракону.

– Дайте-ка мне! – азартно воскликнула демоница. – Сейчас я лишу его возможности ускользать… куда бы то ни было!

– Подожди, охотница, надо исполнить ритуал.

Хенму протянул руку и достал из пустоты огромную алебарду. Оружие распространяло красновато-золотистое сияние. Оно озарило могучую фигуру бога войны, придавая ему торжественный и зловещий вид.

– Умри, мятежный дух, – возгласил он, обращаясь к Сахемоти.