Семья для миллиардера

То, что я подметила ночью, в свете солнца оказывается лишь малой частью имения. Голубое небо сливается с морем, солнечные блики бьют по глазам, отражаясь от хромированных элементов вертолета, и заставляют прищуриться.

Но я будто замираю, рассматривая то, что происходит за огромным панорамным окном, цепенею от какого-то ужаса, который окутывает мое тело и заставляет прирасти к полу.

Поджимаю пальчики на босых ступнях. Нервы натягиваются, а я все наблюдаю за тем, что происходит снаружи.

– Мамочки… – шепчут губы, когда белоснежная махина приземляется и сердце начинает биться через раз, когда дверь открывается и из нутра огромной стрекозы выпрыгивает высокий мужчина.

Он идет, чуть пригнув голову, а я… я замираю, рассматривая мощную фигуру, широкие плечи, темные волосы цвета вороного крыла…

Кажется, будто время замирает. К этому мужчине подходят еще двое, одетых в костюмы, но сомнений не вызывает, кто именно тут главный.

Они перекидываются словами на ходу. Причем говорит тот самый, который прилетел на вертолете, остальные его слушают, хотя как они могут услышать друг друга при все еще работающих лопастях вертолета, я не знаю…

Меня же начинает дрожь пробивать, потому что даже издали я вижу, насколько жилист и крепок незнакомый мужчина, замечаю, как пиджак сидит на литых и широких плечах.

Мужчины продолжают что-то говорить, я по двигающимся губам вижу, как неожиданно тот самый незнакомец, от которого я взгляда оторвать не могу, останавливается как вкопанный и поднимает голову, мне кажется, даже на расстоянии его глаза в мое лицо впиваются.

Его темные короткие волосы цвета воронова крыла на ветру развеваются, приходят в беспорядок, а мне кажется, что он прямо мне в глаза смотрит так, что я даже двинуться не могу, и в глазах этих чудятся всполохи пламени, когда они вниз скользят, будто рассматривая мою замершую фигурку.

– Боже…

Беззвучно шепчут мои губы, а мне будто кто-то кислород перекрыл. Нечем дышать становится. Сердце в груди останавливается. Страх какой-то звериный просыпается, потому что мужчина, застывший снаружи, обладает силой, властью и мощью, от него энергетика, сшибающая наповал, идет, и только спустя один взмах ресничек мне удается отпрянуть от окна и спрятаться.

Прижимаюсь к холодной стене и пытаюсь дыхание привести в порядок. Мне так дурно становится. Так невыносимо, что кажется, сердце в груди разорвется на части, настолько быстро бьется сейчас.

Пульс в ушах собственный хаотичный слышу. Прикрываю веки.