Канарейка для ястреба. Реальная жизнь

Не сказав ни слова. Ушел так, как и предупреждал. Просто вычеркнул меня. Оставив мобильный, чтобы не названивала.

– Тай… – едва различимый предсмертный всхлип рождается на дрожащих губах…

Ноги подгибаются, я падаю на мраморный пол, болезненно стукнувшись коленками. Я физически ломаюсь от силы полученного удара.

Бью кулаками по глянцевым плиткам шикарного белоснежного холла, ломаю ногти в кровь и вою в голос.

Господи, как же мне больно! Я не знала, что сердце можно ощущать с такой силой, оно болит и пульсирует в агонии.

Я плачу, и мне кажется, что не слезы текут по щекам, это кровь вытекает из меня по каплям, жизнь уходит, и я чувствую, как ледяной холод заполняет все существо.

Предательство ядом расползается по губам, пропитывает и отравляет мою суть…

Глава 5

Ты – яд в крови,

Ты – одержимость,

Ты… мои сердце и душа.

    Набросок. А. Гур.

Тайгер Ривз

Практически не сплю, безотрывно рассматриваю белокурую красотку, что устроилась под боком.

Адель вызывает тепло в груди, даже во сне кажется трогательной и невероятно сексуальной. Растрепанная, с чуть приоткрытыми исцарапанными и припухшими от моих остервенелых поцелуев нежными губами.

Этой ночью я сдерживался, как мог, пытался не замучить свою сладкую девочку, но все равно проиграл демонам, наконец добравшимся до желанной добычи.

Зажимаю тонкое одеяло в руке и медленно стягиваю, хочу видеть ее хрупкое тело, которое любил ночь напролет.

Улыбаюсь, поймав последнюю мысль за хвост.

От моей агрессивной сути не уйти… Странные ощущения. Никогда еще не засыпал с женщиной. Шлюх имеют. С ними не спят. Их сон не стерегут и ими не восхищаются.

С темным удовольствием рассматриваю исцарапанные моей щетиной ключицы. Изучаю отметины и следы своих диких поцелуев на молочной коже груди с алыми острыми воспаленными сосками, и понимаю, что опять завожусь, словно не я был в пьяном угаре секса всю ночь.

И мне все равно мало. Как маньяк, продолжаю тянуть покрывало вниз, открывая все больше желанного тела, любуясь.

Нехило завожусь. Но в эту самую секунду Адель передергивает тоненькими плечами во сне, и ее кожа покрывается мурашками. Быстро возвращаю одеяло обратно, укрываю, чтобы ей не было холодно.

Лежать рядом и не трогать ее становится первоклассной пыткой.