Канарейка для ястреба

Короткий кивок и машина разворачивается, пересекая двойную сплошную, и летит обратно в центр.

Набрал начальника службы безопасности:

– Димитрий, я возвращаюсь в башню. К моему приезду папка с информацией должна быть у меня на столе.

– Кого пробить? – спокойный голос в ответ.

– Певица. Адель Соммерсье… – короткая пауза, необходимая для осознания, – фамилия: Саммерс, – поправляю я сам себя. – Адель Саммерс.

Я отключаюсь и устремляю свою взор в окно, обдумывая.

По приезде в башню, я уже буду знать все.

Это было одно из самых сладких ожиданий за всю мою жизнь. Я растягивал удовольствие.

Кровь бурлила и разносила по венам остроту предвкушения. Намеренно его продлевал, не открывая браузер и лично не забивая имя в поисковик. Я люблю играть. Мне всегда интересно узнавать свой предел. Ту точку невозврата, которая меняет все.

До сегодняшнего дня подобные крышесносные эмоции мне могло дарить лишь одно чувство – месть.

Мой личный триумф. Гарантированное погружение в агонию и дикий кайф от переполняющих темных эмоций. Улыбаюсь. Со стороны выглядит, скорее, зловеще.

Вспоминаю, что диктор на радио упоминал про концерт, который состоится двадцать первого февраля.

– У меня три дня, – медленно проговариваю я.

– Вы мне, сэр? – встрепенулся охранник на переднем сиденье.

– Нет. Себе, – обрубаю я.

Глава 2

21 февраля. Нью-Йорк

– Несмотря на дождливую погоду и порывистый ветер, люди толпятся на углу Седьмой авеню и 57-ой улицы Манхэттена, где располагается один из главных мировых концертных залов – Карнеги-холл! – сжимая в одной руке зонт, а во второй микрофон, вещает светловолосый статный мужчина в сером плаще, и ослепительно улыбается в объектив камеры.

– Наконец двери открываются! Мы видим, как толпа зрителей медленно продвигается в здание концерт-холла!

– Ажиотаж вокруг певицы не утихает! Сегодня определенно зажжется яркая звезда на небосклоне имени Адель Саммерс!

– Все мы знаем, что в последнее время эта девушка взрывает все мыслимые чарты! Ее талант поражает! Редкий случай, когда критики и публика сходятся во мнении.

– А нам нравятся сказки, ведь так? – обаятельно улыбаясь и подмигивая, произносит мужчина, продолжая заигрывание с камерой.