Зверь

Под серой рубашкой скрывался круглый живот, а к нагрудному карману куртки, лежащей на соседнем стуле, был прикреплен значок шерифа. Коренным американцем был он сам – яркий оттиск принадлежности к потомкам одного из местных племён повторился в чертах его лица.

– Нет, моя мать из Пуэрто-Рико, – ответила Барр.

– Она подарила вам удивительный цвет кожи и глаза, – произнёс он, и Барр рассеянно кивнула, искренне не понимая, что удивительного в чертах обыкновенной латиноамериканки. Возможно, мужчина просто нашёл повод с ней заговорить.

 – Генри Нильсен, шериф округа Форт-Келли.

Он склонил голову в знак приветствия, а Эллен, сидящая к нему в пол оборота, развернулась полностью, скрипнув ножками стула по полу.

– Я как раз искала вас. Меня зовут Эллен Барр, и я хотела бы заявить об угоне машины.

Шериф посмотрел на неё серьёзно и пристально. У него были совсем чёрные глаза, его острый, волчий взгляд с прищуром, казалось, пробрал её до костей. Наверное, это профессиональное.

Эллен хмыкнула – с таким сканером вместо глаз ему не требовалось снимать отпечатки.

– Что ж, Эллен, – он вздохнул, его взгляд смягчился и в голосе появились нотки сочувствия, – давайте расправимся с нашим обедом и пойдём в участок.

Возле «Белого дома» был припаркован полицейский «Форд» родом из восьмидесятых. Эллен, плетясь следом за Нильсеном, смотрела на сине-белый кузов, словно на ориентир, стараясь не замечать косых взглядов.

– Здесь всего восемьдесят пять человек живут, все друг друга знают и приезжие вызывают у них живой интерес, – пояснил шериф, заметив, как Эллен едва ли не ощерилась, раздражаясь от назойливого внимания всё сильнее с каждым шагом.

 – Скоро они привыкнут к вам.

Его слова Барр не обнадежили: она не была уверена, что привыкнет сама. Ей вовсе не хотелось привыкать здесь.

– Почему Форт-Келли, откуда такое название?

– Это бывшая военная база, – пояснил шериф, подтверждая её догадки.

Название, расположение зданий, вышка на КПП и колючая проволока, которые Эллен рассмотрела при свете дня, скорее принадлежали военному, нежели промышленному объекту. – В начале семидесятых военные вывезли отсюда весь личный состав и технику, оставив голые стены. Землю выкупили под лесопилку, а название так и осталось.

– Как часто менялись хозяева?

– После двадцатого я сбился со счёта, – усмехнулся Нильсен и повернулся с ней.