Зверь

Нет, она не винила в этом Адама – он просто попался под горячую руку – Эллен злилась на него за то, что он посмел принять решение за неё. Она вернулась бы на лесопилку из принципа, лишь для того, чтобы ему досадить, но Барр не хотела возвращаться. Удаляясь от территории всё дальше, она ощущала безотчетное чувство облегчения, словно это место было окутано какой-то необъяснимой, гнилой аурой.

Собаки, сидевшие теперь на цепи у КПП, облаяли машину Хилла на выезде с территории. Эллен взглянула на их ощеренные пасти.

Они рвались вперед, натягивая цепи, вставали на задние лапы и пытались дотянуться до авто. Псы были крупные, на массивной шее и груди бугрились мышцы, уголки обрезанных ушей стояли торчком – они походили на бойцовых собак. Барр надеялась, что цепи достаточно крепки, чтобы выдержать такую мощь.

– Дикие какие-то, чтоб их, – выругался Эйдан и ткнул пальцем в их сторону. – Вон та сука мне в первый день прокусила ногу. Я сказал привязать их, пока не привыкнут, и выпускать только ночью.

Эллен вспомнила свою первую ночь в Форт-Келли, когда эти звери едва не загрызли её. Если бы не Бишоп, чёрт его дери.

– Зоозащитники бы вас засудили.

– Меня бы засудил любой юрист, – он усмехнулся. – Это питбули. Они запрещены здесь. Так что я кругом выхожу виноватым.

– Почему бы их не усыпить, раз они такие неадекватные?

– Они хорошо знают свою территорию. Зачем избавляться от такой отличной охраны? Да и какой правозащитник сюда сунется?

– А вы рисковый, Эйдан, – Барр улыбнулась ему.

– Я веду бизнес, а бизнес – это всегда риск, – Хилл тепло улыбнулся ей в ответ.

Ей не хватало такой вот непринужденной беседы с человеком, от которого её не бросало то в жар, то в холод, как то было с Бишопом. С Хиллом она могла держать себя в привычных рамках, а не ловить свои эмоции в диапазоне от блаженного спокойствия до лютой ярости. Бишоп и даже отголоски мыслей о нём вызывали какой-то необъяснимый зуд под рёбрами и даже расстояние не могло этот зуд угомонить.

Её мучила недосказанность, вопросы и отчасти совесть за то, что сорвала на нём зло. Её мучил Адам Бишоп целиком, словно острая заноза, засевшая в мозг.

– Вы сказали, предыдущий хозяин хотел поскорее избавиться от предприятия?

– Да, я забрал его в полцены.

– Вам не показалось это странным?

– Поначалу да, – согласился Хилл. – Техника исправна, бумаги в порядке, долгов нет.