Падение 3. Когда охотник становится жертвой

Сейчас же цели «Хантеров» изменились. Болезнь с симптомами «пожрать, навариться, потрахаться» заразила и их. И Коула, похоже, подтачивает тоже.

– Ладно, погнали. Мне с амиго Диегито тоже побазарить надо, – Коул поднимается с дивана, Кайл следует его примеру.

– На предмет?

– Отмашку дали. Кончать Гарсию, убирать их нахуй с улиц. Нам людей подгонят. Оружие, если надо. Я тебе сейчас всё это говорю, чтобы ты в курсах был. И ещё, – Коул заводит брата в оружейную, звенит ключами, набирает код, открывает железный сейф, стоящий прямо на полу, в углу.

– И я вот ещё что прихватил, когда эта заваруха началась с федералами. Моральный ущерб, чтоб его, – он вертит в руках чёрный прямоугольник размером с кирпич, обмотанный чёрным полиэтиленом. – Я хер знает сколько тут точно, но кусков на триста минимум.

– Да ты охуел?!

При виде здоровенного бруска наркоты Кайл взрывается. В «Логове» никогда ничего подобного не держали. Да и вообще не связывались с этим, потому что наркота – удел Старших. Такой объем Коулу в руках держать-то не положено, не то, что хранить.

Кайлу отчего-то хочется, как в детстве, хорошенько съездить брату по уху, чтобы вставить мозги на место. Пока ещё не слишком поздно.

– Ты в моей тачке это гавно вёз? По улице с ним шёл? У тебя башка вообще есть?!

– Выключи ты копа. Всё нормально.

Коул то ли слишком самонадеянным стал, то ли расслабился, почувствовав вкус власти. Скоро на улицах снова начнётся стрельба. Работы будет до чёртовой матери. И как бы Кайл не желал Гарсии сдохнуть, эта перспектива его мало радует.

Как и два кило героина в руках у брата.

– А если кто прочухает? – Кайл не собирается сдаваться, несмотря на то, что это бессмысленно. Если только самому из рук вырвать и в унитаз спустить. Только вот ему даже касаться этого дерьма не хочется. – Выкинь эту дрянь.

– Я его в пять пакетов завернул, средством от моли пересыпал, ни одна собака не учует, – Коул суёт свёрток обратно в сейф, обращается к брату, присаживаясь на краешек стола. – Слушай, я в курсе, что делаю.

Это подушка безопасности. Сам видишь, херня случается. Вот ты выпендриваешься сейчас, а сам сто пудов согласен со мной, – Коул говорить беззлобно, не спорит, не доказывает. Он спокоен, будто действительно знает, что делает.

Ярость прогорает так же быстро, как вспыхнула. Кайл ощущает себя рыбой, выброшенной на берег – трепыхаться бесполезно. Вряд ли какая-нибудь добрая душа пинком ботинка отправит её обратно в море, всем просто насрать.