Загадка для авантюристов

! – парень обалдел окончательно и приблизился к состоянию шока, когда палец девушки постучал по чему-то железному. Оказалось, на поясе, как ни в чём не бывало, висел серебристый кинжал.

– Откуда?!

– Я ведь сказала, что им сможешь воспользоваться только ты. – Айлин беззаботно повела плечами. – Странно, что ты не заметил его возвращения!

Равен поражённо и восхищённо уставился на девушку, затем на свой кинжал, моргнул, и губы сами растянулись в счастливой улыбке.

– Вот так спасибо, Айлин! – от переизбытка чувств бандит даже полез обниматься.

– И чем ты руководствовалась, одаривая его оружием с таким свойством? – поинтересовался Шанс и весело прищурился: – Тем, что мы жутко везучие?

– Вообще-то я боялась, что Равен потеряет его в бардаке, который вы устроили дома! – засмеялась девушка, многозначительно поглядев на парней, и они, виновато заулыбавшись, поспешили состроить из себя ангелов.

Тем временем за хлипкими дверями сарая происходило что-то странное. Равен пытался оценить обстановку через щели между досками, но кроме спин прохожих, беспорядочно метавшихся по улице или суетливо столпившихся у нескольких домов, ничего не мог разобрать.

«Монстр был здесь ночью».

Прочие мысли моментально покинули голову. Он был рядом, всего в нескольких метрах от сарая, и без труда мог туда проникнуть, пока друзья спали или даже раньше. Осознание заставило холодок пробежать по позвоночнику. Однако страх быстро сменился равнодушной обречённостью, которая плавно перетекла в бесспорное принятие правил игры. Стоило ли вообще бояться монстра, если встреча может состояться в любой момент и непременно закончится единственно возможным исходом?

Шанс, нервно потерев ладони и размяв замёрзшие пальцы, осторожно приблизился к неподвижному телу и, присев на корточки, прощупал пульс на шее.

– Он жив, – парень выдохнул с облегчением и тогда, сосредоточившись, попытался незаметно проверить ауру.

Двое мужчин, пробившихся сквозь толпу, отвлекли мага, подняли на руки пострадавшего стража порядка и понесли, как и других усыплённых, в сторону госпиталя. Люди шептались, не зная, что думать: преступника никто не видел и не слышал.