Любимая адептка его величества. Книга 2

Редкая трава росла на чём-то сером, неуловимо напоминающем шкуру. А это серое реально колыхалось…

Прежде, чем я успела выразить протест, Храфс поддел край «шкуры» длинной палкой и, приподняв, велел:

– Смотрите.

Мне снова захотелось развидеть.

«Холм» был полым. Сверху воздушная прослойка, а внутри – огромная чаша, выстланная крупными, размером больше страусиных, яйцами. По яйцам сонно ползало несколько жуков размером с мою ладонь. Вернее, не просто жуков, а маленьких карумов.

Прямо на наших глазах, одно из яиц лопнуло, и из него выбрался ещё один обмазанный зеленоватой слизью новорожденный монстр.

– Кладка, – шёпотом пояснил Псих.

Стало плохо и жарко.

Мы с Джимом остолбенели, а Псих резюмировал сурово:

– Надо уничтожить. Представляете сколько отсюда вылупится? Марго, придётся бить.

– Э-э-э… – ответила я.

– Ударь магией, – продолжил Псих. – Припечатай как следует, и пойдём.

Я испытала смешанные, неоднозначные чувства. С одной стороны, я видела взрослых карумов и понимала, что оставлять кладку действительно нельзя, а с другой – кладка выглядела слишком зловещей и до омерзения неприятной.

– Ну же, Марго! – подтолкнул Храфс, поднимая поросшую травой «шкуру» ещё выше.

Я зажмурилась. Потом сжала в кулаке рубин и уже привычно нырнула в его опасное тепло. Несколько секунд медитации, и я попробовала немного поменять обычную схему. Вместо силовой нити, выходящей из артефакта, вообразила огненный шар, который вылетает, скользит вперёд и начинает расти.

– Отлично, – прозвучал тихий комментарий.

Распахнув глаза, я увидела свою фантазию воплощённой в реальность. Яркий шар проскользнул под покров и действительно увеличился.

– А теперь отступаем, – велел бросающий палку Псих.

Магия исчезла, укрытая странным серым покровом.

Мы дружно попятились. И ещё. И опять… А потом «холм» дёрнулся! Миг, и он забился как бешеный, а из-под шкуры-покрова повалил густой чёрный дым.

– Ну вот и всё, – сказал старшекурсник. – А вы боялись.

Я облегчённо выдохнула, МикВой тоже, но тут холм пронзительно запищал, напомнив закипающий чайник с неисправным свистком.

От звука заложило уши, а когда он стих, послышался другой – уже знакомое щёлканье. Только теперь звучало в нём нечто такое, что пробрало буквально до костей.

– Бежим, – второй раз за день выдохнул наш предводитель.