Охотники на демонов. Капкан

Затем кивнул на отгороженные стеклянной стеной тренажёры и добавил: – Предлагаю начать оттуда. А сюда… – он окинул пространство придирчивым взглядом, – нужно вызвать уборщиков. Пока не наведут порядок, работать здесь нельзя.

Страйк выглядел сейчас настолько деловито, что во мне невольно проснулась тень ехидства, и я напомнила:

– Пять минут назад ты сказал, что не знаешь, как меня учить.

– Ага.

Прозвучало так, что… В общем, если он и не знал, то уже придумал. А если не придумал, мне всё равно не отвертеться, поэтому лучше прекратить споры, подняться и пойти куда велено.

– Всё хорошо? – намекая на телефонный звонок, спросила я.

– Замечательно, – ровно ответил он.

Остаток дня напоминал этакую адаптацию. Пусть я покинула Тавор-Тин не так давно и отвыкнуть от этих стен не успела, но ощущения были именно такими.

Занятие в компании Страйка и Крама свелось в итоге к простой фитнес-тренировке, чему я не противилась, понимая, что хорошая физическая форма не менее важна, чем навыки боя.

Позже, спустя примерно час, в тренировочном зале появились две горничные и, осмотревшись, принялись выметать остатки манекена. Вопросов женщины не задавали, зато явившиеся к концу уборки студенты дружно изумились.

К этому моменту Страйк закончил изнурять меня нагрузками и даже отпустил, однако уйти я не успела. В итоге застала явление охотников и услышала ошарашенное:

– Что здесь произошло?

И прозвучавшее секундой позже:

– Это она?

Парень, имени которого не знала, но за которым несколько раз следила в спаррингах, некультурно ткнул пальцем в мою сторону, и я потупилась.

– Это последствия удара голой силой? – подхватил другой парень. Всего в компании жаждущих потренироваться было человек восемь. – Значит, то, что рассказывают про освобождение Нейсона, правда?

Страйк хмыкнул и кивнул, а Крам мгновенно оказался рядом, чтобы намекающе положить руку на мою талию.

– По поводу освобождения Нейса мы ещё поговорим, – заявил Страйк. – Чуть позже я расскажу, как всё было. Чтоб без домыслов и испорченного телефона.

Парни переглянулись, дружно кивнули и продолжили таращиться на следы поразившей стены «шрапнели». Никакой неприязни на лицах не было, только любопытство и шок.