Охотники на демонов. Капкан

Когда ожидание стало совсем уж невыносимым, охотники сжалились. Нас с Крамом отпустили, но причина, как понимаю, заключалась не только в том, что операция вроде как отменилась, было кое- что ещё…

То, что товарищи по новой альма-матер окрестили «нашествием», прекратилось. Демоны перестали появляться с такой частотой и в таких количествах. Более того, на какое-то время наступило полное затишье – словно там, в их мире, действительно было распечатано некое хранилище, а теперь источник силы иссяк.

Поначалу никому не верилось, а потом все вздохнули с облегчением.

Но всё прекратилось, по крайней мере пока, и это стало поводом немного расслабиться. Сейчас, шагая по широкой лестнице, я была не то чтоб спокойна, но почти.

Мы вошли в огромный светлый зал, заставленный многочисленными столиками, и сразу окунулись в многоголосый гомон, смешанный со стуком приборов.

Зато очереди к раздаче уже не было, и мы поспешили наполнить подносы, после чего перешли в отдельную, отгороженную зону, предназначенную для vip-студентов. И если там, в начале, среди «простых смертных», наше появление никакой особенной реакции не вызвало, то здесь, на территории охотников, на меня уставились практически все.

Пришлось закусить губу, чтобы не выдать смущение, а Крам перехватил свой увесистый поднос одной рукой и, потянувшись, поцеловал в щёку.

– Зачем? – спросила шёпотом и опешив.

– Заявляю свои права, – насмешливо отозвался брюнет.

Я нахмурилась и, послав парню строгий взгляд, резко изменила траекторию. Направилась к привычному столику – тому самому, за которым обедали Иста, Феста, Тариса и Руф.

Крам, как и предполагала, за мной не последовал, а едва опустилась на стул, Тариса шумно вздохнула и выдала:

– Скотч и степлер.

Девушка не осуждала, да и грусть, прозвучавшая в её вздохе, была шутливой.

– Думаю, проще использовать гвозди, – поддержала подругу Руф.

Я улыбнулась, Иста тоже.

– Не нужно ставить Лирайн в один ряд с прошлыми увлечениями, – сказала она мягко. – Крам не дурак, он видит, что Лирайн другая.

Тариса и Руф уставились вопросительно, и я вместе с ними.