Тяжкая ноша Капитолины

Игорь вспомнил, как убитый старик назвал девушку смешным именем «Капа».

– Послушай, Капитолина! – серьёзно начал он. – Я понимаю, ты не хочешь испортить дорогую вещь. Но я приглашу ювелира, очень хорошего. И он аккуратно, понимаешь, аккуратно распилит браслет, а потом соберёт его обратно. Ничего даже не будет заметно. Пойми, рука дороже! – продолжал он уговаривать её. – Ты же музыкант, просто потрясающий. Хочешь, я познакомлю тебя с нужными людьми, ты сможешь хорошо зарабатывать, может, станешь знаменитой! Ну, договорились? Сейчас я позвоню, и всё быстро решится.

Игорь вопросительно посмотрел на пианистку. Она слушала его, и выражение её глаз становилось то ли насмешливым, то ли заинтересованным.

– Дорогая, дороже… – промолвила Капитолина. – Ты и твои друзья, вы что, вообще всё на свете воспринимаете в виде денег? – она повела плечами, пальто соскользнуло на диван, и она осталась в джинсах и свитере.

– Нет, наверное… – Игорь озадаченно нахмурился.

– В самих деньгах ничего плохого нет, – спокойно ответила Капа. – И радость они дарят, но только тем, кто способен радоваться. А таких людей очень немного, поверь. И ты к ним не относишься.

– Почему это? – Игорь почувствовал себя задетым.

Капитолина недовольно хмыкнула и удобнее устроилась на диване, поджав под себя ноги.

– Ну вот, скажи мне, – она посмотрела на Игоря, склонив голову.

– По-разному, – как и прежде недоумевая, ответил он. – Зависит от уровня исполнителя.

– Нет! – Капа нетерпеливо покачала головой. – Я не говорю об исполнителе! Сама музыка, которую ты так любишь? Она способна вызывать восторг, умиление, ликование или грусть… – лицо пианистки озарилось светом. – Может успокоить или встревожить… – она помолчала. – Сколько стоит всё это?

Игорь сделал неопределённое движение головой, глядя на неё, словно на сумасшедшую.

– Если ты не умеешь чувствовать, то сколько денег нужно заплатить, чтобы научиться этому? – спокойно добавила она.

Игорь сбросил с себя оцепенение. Что за ненормальная девица? У неё, не ровен час, рука отвалится, а она рассуждает на философские темы.

– Ты понятия не имеешь, умею я чувствовать или нет, – сухо сказал он.