Лорд, который влюбился. Тайный жених

– Это сложно?

– Может и не сложно, но видите ли…

Лорд Тизар пустился в объяснение принципов создания артефактов той эпохи, а я слушал, открывая для себя некоторые новые детали. Просто не являлся специалистом в артефактике, поэтому многого не знал.

Потом я задал пару вопросов, и мы углубились в тему ещё больше. Не скажу, что не заметил как пролетело время, но общение получилось приятным. Даже не ожидал.

Спустя полчаса, а может и больше, в кабинет заглянула служанка и уточнила насчёт ужина…

– Лорд Варкрос, составите нам компанию? – вежливо поинтересовался Эмирен.

Тут же застыл на секунду, словно сообразив, что зря, но…

– С огромным удовольствием! – я даже зубами от этого самого удовольствия щёлкнул. Надеюсь, получилось не слишком хищно.

– Передай, пожалуйста, леди Луизе и Эрике, что лорд Варкрос будет ужинать с нами, – обратился к служанке Эмирен.

Та присела в учтивом книксене и ушла.

Эрика Тизар

Вообще бал имел другое название и проводился не только в академии. Празднества гремели по всей Империи, так что традиция пошла не от нас.

И уж не знаю кто придумал переименовать Бал Начала Зимы в Бал Первокурсниц, но в академии название прижилось, а первокурсницам на празднике действительно уделялось особое внимание.

Как ложечка дёгтя – после бала начинались первые зачёты, а значит все проверочные работы и семинары приобретали особый смысл.

Лично я начала готовиться к балу сразу после знакомства с Лисентой и Камеей, то есть на следующий день после поступления в академию.

Девчонки объяснили, что событие важное, а заодно убедили – нельзя подвести родной факультет!

Ведь на первокурсниц в этот день смотрят все, а нас на боевом всего двое, а значит нужно быть особенно красивой. Такой, чтобы все увидели и запомнили – боевые маги во всём и всегда лучше всех!

Не знаю как Амелин, а я чуть умом не тронулась, размышляя над эскизом платья и декорами. Добавить сюда ограниченные финансовые возможности, и всё становилось совсем сложно, но… Пошив платья контролировала мама, а его отделкой она занималась лично.

Каждый раз заглядывая домой, я непременно интересовалась вопросом и почти всегда приходила в восторг.

Вот и теперь – очутившись в небольшой комнате, приспособленной под мастерскую, я увидела и… аж рот от восторга приоткрылся. Бледно-фиолетовый шёлк, с широким шитьём на лифе и по подолу платья, смотрелся изумительно. Так, что хотелось завизжать.

– Ты будешь самой красивой, – приобняв за плечи, шепнула мама.