Дракон коварный, одна штука

Я даже плечи расправила! Воодушевилась! И с трудом удержалась на ногах после тычка в плечо:

– Эй, Харринтер, чего встал? – бахнули над ухом.

И уже другой голос:

– Загораживаешь проход.

Я отпрянула и развернулась, чтобы увидеть команду молодых и мускулистых.

Первая группа. Они притормозили, чтобы взглянуть сначала на меня, потом на пейзаж, и слаженно потрусить по тропинке, уводящей в лес.

За первой из казармы выскочила вторая группа, за нею третья, и так далее. Последним в проёме показался провожающий своих птенцов Рагар, и я с неудовольствием отметила, что командир будет помассивнее остальных.

Выше, сильнее, наглее и опытнее. Что, впрочем, логично, ведь он главный.

– Ну чего встал? – заметив меня, хмыкнул Рагар.

– Размышляю, как завалить кабана, – призналась я нехотя.

Оскалился.

– Размышляешь? Вообще-то в армии это не приветствуется, но я иногда разрешаю. – Очень мило. – Кыш отсюда! – гаркнул командир, и я подпрыгнула.

Через миг уже мчалась по той же тропинке, по которой ушли остальные семьдесят девять парней.

И чем дольше шла, тем чаще думалось о том, что соваться в лес, где бродит толпа головорезов, совершенно не хочется. А ведь кроме кадетов там дикие звери! Мне ведь не почудилось, что Рагар упоминал львов?

Волна пугливых мурашек превратилась в цунами паники, и я остановилась. Нет, в лес не сунусь. Ни за что!

Окинув взглядом пространство, я сошла с тропинки и двинулась вдоль выпирающего куска скальной породы. Как там звучало задание? Добыть себе ужин? И слова «охота», кстати, не было, следовательно, еду можно и выпросить, и даже украсть!

Только деревень поблизости не наблюдалось, а до замка, где точно есть склады с провизией, не добраться.

Осенённая этой мыслью я притормозила, но возвращаться было как-то рано. Я решила оставить вариант с обыском на крайний случай. Пока же можно обследовать местность и поискать… ну, не знаю, может каких-нибудь сусликов? Правда не уверена, что рука поднимется этих сусликов убить.

Я шла и смотрела, смотрела и шла, а когда наткнулась на жирную змею, которая грелась на солнце, взвизгнула так, что даже зелье не сработало.

Визг ушёл в ультразвук, пронёсся по ущельям и был подхвачен эхом. Получилось до того громко, что змея заворочалась и поползла прочь.

Ну а я резко сменила траекторию и поспешила дальше. Сердце стучало бешено, а девственная природа нравилась всё меньше.