Большая и грязная любовь

– Может… просто ошибка? – пробормотала я.

– Чтобы оборотень насчет бабы ошибся? – искренне возмутился собеседник.

– Значит, обман, – это уже не я, «рэпер». – Скрыли девочку, и все. Люди, они ведь тоже не дураки, опасность порой лучше нас чувствуют.

– Если бы ты прочел отчет, – зашипел «визитка», – ты бы знал, что мы этот офис через час обыскали. Все проверили, от туалета до внутренней документации. Единственную девушку, которая там когда-либо работала, зовут Мария Сигизмундовна, и ей шестьдесят три года.

А от той, на которую Шас запал, ни следа!

– Неужели и запах исчез? – хмуро вопросил «бомж».

– Говорю же – ни-че-го!

Мама, мне плохо. Нет, в самом деле плохо. Это же он про мою контору рассказывает. Это к нам такой плечистый дерганый парень с разбитым ноутом приходил. И Мария Сигизмундовна… Мамочки!

– Крис? – позвал кто-то. – Крис, что с тобой?

Что со мной? Сказала же, плохо. Очень…

– Крис!!!

Очнулась я в огромной кровати, под легким атласным одеялом.

Далеко не сразу сообразила, что эта тускло освещенная спальня мне знакома…

– Ну наконец-то, – прошептали рядом.

Я повернула голову и… в общем, зеленоглазого брюнета тоже не сразу опознала.

– Что случилось? – собственный голос прозвучал незнакомо, хрипло.

– В обморок ты свалилась, – сказал предельно серьезный Глеб.

– Почему?

– Не знаю. Думал, ты объяснишь.

– Я?

Шеф молчал довольно долго – то ли думал, то ли слова подбирал.

– Крис, я действительно не понимаю причину твоего обморока.

Я хочу услышать… если не объяснения, то хотя бы версию.

– А водички дашь?

– Прости, – Глеб заметно растерялся, – я как-то не подумал. Сейчас.

Шеф скатился с кровати – сам он поверх одеяла лежал, и даже одет был, в отличие от меня – и поспешил к двери. Я же свернулась калачиком и задумалась, а действительно, почему? И тут же поняла – этот обморок зрел давно.

Слишком серьезные перемены в жизни, и слишком резкие. Пожалуй, я должна была свалиться гораздо раньше, еще при первом посещении… нового рабочего кабинета.

Информация, которой поделились на заседании, просто добила. Вот только озвучить такую версию Глебу я не могу. Или..?

– Держи, розочка моя, – прошептало начальство. Очень незаметно подкралось, совсем как… впрочем, ладно.

Я привстала, поднесла к губам стакан с минералкой. Потом снова на подушки откинулась и сказала:

– Слишком много информации.

– То есть? – изогнув бровь, вопросил он.