Жених для попаданки

 – Я скупил все квартиры на этаже. Небольшой ремонт, снос нескольких стен – и получилось очень удобное жильё.

Я чуть не присвистнула. Откуда же у "гнома" такие деньги? Четыре квартиры в историческом центре города! Страшно представить в какую сумму обошлась Фетлисову их покупка и перепланировка.

– Прошу, Лерочка, – старик распахнул дверь в конце коридора.

Я сморгнула. Возникло ощущение, что нахожусь в маленьком музее, где безумный директор в одном помещении соединил несколько совершенно разных экспозиций.

На белой стене напротив двери висели разнообразной формы мечи и кинжалы в ножнах, боевые топорики, булавы с гирьками на цепочках и без гирек. Всё идеально начищенное, блестящее, ножны и рукояти тиснённые, с вделанными в них крупными камнями.

Другие две стены украшали картины, развешанные по странной системе: пейзажи, натюрморты, женские портреты, какие-то абстракции – и всё это вперемежку. Причём висели картины почти впритык друг другу и в несколько рядов. Посреди комнаты стоял небольшой изящный столик и два кресла с резными ножками.

– Новый экземпляр моей коллекции, – гордо сообщил Аполлон Дементьевич.

Он взял в руки колье. Камни заиграли разными оттенками зелёного, засверкали в проникших через гардину на окне солнечных лучах.

– И вы держите такую ценность вот так, на столе? – не удержалась я. – Не боитесь, что вас могут обокрасть?

– Деточка, меня обокрасть не смогут, – улыбнулся старичок.

– Новейшие технологии? – скептически поинтересовалась я.

– Скорее, древние, но очень надёжные.

Дед выглядел таким наивно-уверенным в своей безопасности, что я мысленно поклялась не вставлять в будущую статью ничего, что могло бы спровоцировать потенциальных преступников.

– Присаживайтесь, – Аполлон Дементьевич сделал приглашающий жест.

Кресло оказалось непривычно жёстким. Хозяин сел напротив и положил колье на столик. Я машинально проследила взглядом за драгоценностью. Оказывается, за блеском изумрудов ещё одна вещь оставалась незамеченной.

На столике лежал акварельный портрет в современной дешёвой фоторамке. Бледноватая девушка в старомодном розовом платье с открытыми плечами и в широкополой шляпе мечтательно улыбалась художнику. Из-под шляпки выбился каштановый локон.