Супруга рига Оина

Оин не может вернуться, иначе уже был бы здесь. Роан не тронули, хотя могли и шею свернуть за ту молнию. Ириу ушли под землю, а с ними – и большая часть райгов.

– Если риг Каирн не вернётся через пятнадцать минут – мы спустимся под землю, – пробасил Грэрин.

Я отвернулась к стене. Больше всего хотелось отшвырнуть перстень подальше и сбежать к Оину. Счастливая семейная жизнь, смуглый мальчик, похожий на моего мужа, и хорошенькая девочка, звёздное небо над головой, жаркие объятия… Всего этого у меня не будет. Останутся только бордовые розы на кистях рук на память о самых счастливых месяцах моей жизни.

Один шаг – и ничего нельзя будет ни вернуть, ни исправить. По крайней мере, я буду знать, что Оин жив.

Я шагнула в стену, крепко сжимая в руке перстень рига.

В коридоре маминой квартиры никого не было. У меня подкашивались ноги. Больше всего хотелось кричать, выть в голос, биться головой о стену. Это как раз те эмоции, которые любит Каирн и которых я так старалась ему не дать. Я привалилась спиной к стенке и сползла на пол, на корточки.

Времени немного, но минута-две ничего не решат. У меня нет сил говорить с Каирном.

Мать что-то чирикала в комнате, он отмалчивался. Дверь распахнулась неожиданно и резко. Каирн в джинсах и футболке встал на пороге, его внимательный взгляд остановился на моём лице. Ну конечно, "хозяин" не мог не почуять таких ярких эмоций.

– Риг Каирн… – мой голос сорвался, я кашлянула. – Я пришла просить вас вернуться к власти.

Крвен говорил, что положено встать на колени.

Я бы и встала: незачем злить Каирна, когда от него зависит столько жизней. Но меня словно парализовало, я могла только сидеть на полу на корточках и смотреть снизу вверх на приближающегося рига – теперь уже не бывшего.

– Я ведь говорил, что так будет, – Каирн наклонился и рывком поставил меня на ноги. – А ты упрямилась, не верила.

Его руки были почти обжигающе горячими. Или это мне вдруг стало холодно?

– Кто несколько часов назад сказал, что больше сюда не придёт? – хмыкнул риг.

Он осторожно разжал мои пальцы и взял перстень.

Другой рукой Каирн твёрдо поддерживал меня. Неужели настолько видно, что меня не держат ноги?

– Что случилось? – мать выглянула из комнаты. – Что ты здесь делаешь?

– Здравствуй, мама, – через силу усмехнулась я. – Не волнуйся, я ненадолго.

– Ты ведь говорила, что… – противным голосом начала родительница.

– Быстро – какое-нибудь успокоительное! – перебил Каирн. – И вина нагрей, её трясёт.