О чем молчат легенды. Любовница врага: путь страсти, путь любви

Мои руки оказались привязаны к жёсткой койке с обеих сторон. Я прищурилась, изо всех сил стараясь разглядеть лица соседей. Не получается. Странно, эти люди молчат, не шевелятся… Могла я по ошибке попасть в морг? Да нет, зачем тогда было меня привязывать? Покойники точно никуда не убегут. И говорили обо мне как о живой.

Господи, что происходит с моими мозгами? В голову лезет какая-то чушь!

Где мужчины, которых я слышала? Сейчас понимание любых языков – дар всем приближенным к святому Граалю – немного мешает. На каком языке они говорили? Совершенно точно, не на русском.

Кто-то ходит за спинкой кровати. Как же хочется пить! Надо позвать их и попросить воды. Я попыталась заговорить, но из горла вырвался только хрип.

– Что? – чуть насмешливо переспросил один из тех, кого я пока не видела.

Французский! Что происходит? Откуда в Марске взялись врачи-французы?!

– Воды, пожалуйста…– прохрипела я.

Нет, это по-русски, могут не понять. Надо перевести. Я повторила просьбу и тут же поняла, что говорю не по-французски, а по-испански.

– Любопытная реакция, – хмыкнул второй, он ответил на русском без малейшего акцента. – Остальные сразу поднимали шум.

Чьи-то руки приподняли мою голову, к губам поднесли бутылку с противной тёплой водой. Почему-то вода показалась мне сладковатой.

– Спасибо, – на этот раз голос прозвучал послушнее.

– Посмотри на меня.

Рядом сел мужчина средних лет в сером костюме. Врач в костюме? Странно, я думала, что они должны ходить в какой-то униформе или белых халатах. А этот одет так, будто собрался в театр, даже галстук повязан. Лицо мужчины расплывалось и меняло форму, становясь то круглым, как блин, то вытянутым, овальным. Короткие вьющиеся чёрные волосы, несколько орлиных носов, куча насмешливых тёмных глаз… Красивое лицо, благородные черты, на рыцаря похож. Вот только выражение лица какое-то… Опасное? Хищное?

– Ты меня видишь?

– Да.

– Сколько носов у меня видишь? – в голосе отчётливо прозвучал смешок.

– Три, – помедлив, ответила я. – Или четыре.

– Сколько ж тогда глаз? – хмыкнул он.

Я попыталась считать глаза, но запуталась в цифрах.

– Судя по всему, в её глазах ты сейчас неотразим, Анорм, – рассмеялся второй, ещё невидимый мужчина. – Четыре носа, значит глаз у тебя, как минимум, восемь, а то и больше.

Я нахмурилась.