Оборотень + ведьма. Невеста для оборотня

Второй с зельями через несколько секунд закончила травница, за ней, одновременно, бабулина знакомая и Камилла. Травница смешала какой-то напиток от кашля, бабушкина знакомая – с ума сойти! – напиток для парочек, усиливающий желание, а Камилла – отвар, поднимающий настроение.

После недолгого тихого обсуждения ведьмы засуетились, гася костры и убирая свои кастрюльки и котелки для зелий. Камилла на метле подлетела к нам.

– Ну что, пошли звания получать, победительница? – весело спросила она. – Метку победителя на плечо ставить будем?

– Какую метку? – я сморгнула.

– Увидишь, – Камилла улыбнулась. – Пойдём, сейчас начнётся.

На этот раз Марина в круг не пошла. Я шагала за Камиллой и прикидывала, что мне скажут дома, когда я заявлюсь к вечеру переполненной сил блондинкой с какой-то меткой на плече.

– Камилла, а метка – это обязательно или по желанию? – осторожно спросила я.

– Не слышала, чтобы кто-то отказывался от знака победителя, – не оборачиваясь, сказала Камилла. – Это не больно.

– А долго держится?

– Обычно год.

С коротким: «Поздравляю», – Нина поднимала ладонь к луне, а затем прикладывала к коже каждого победителя. Камилла обнажила плечо ближе к шее, я сделала то же самое. Бабулина знакомая беззастенчиво задрала юбку и ткнула пальцем выше колена. Опять-таки там, где мало кто увидит.

– Через колготки? – Нина подняла бровь.

– А тебе слабо? – ухмыльнулась она.

Зато Эва протянула руку и получила отметину на самом видном месте, на ладони.

На моей метке была полная луна и отчетливая надпись тёмными буквами каллиграфическим почерком вокруг нее: «Победительница в защитной магии 314-го весеннего турнира». В лунном свете метка издавала лёгкое свечение.

Выходя из круга, я спиной чувствовала недобрый взгляд Эвы.

– Марин, в Вишневецком всего три ведьмы? – спросила я уже в машине.

– Нет, ещё пара древних старух есть, но они особо никуда не выезжают. Одна травница классная, ещё покруче Эвы. А другая – мать Нины, тоже чёрная. Молодых там пока нет.

– Но если оборотни женятся на ведьмах, то одна из них – мать Германа? – продолжала я.

– Ага, – Марина широко улыбнулась. – Угадаешь, кто?

– Не знаю. Ни на одну не похож, – подумав, сказала я. – Камилла? Она и удочку закидывала – сколько мне лет, есть ли парень.