Корона для попаданки

Я начинала руководить? Я нахмурилась, вспоминая, что именно говорила перед появлением короны. Отругала «женихов» как провинившихся школьников, потом потребовала от них делать то, что я говорю. Надо же, я привычно начала командовать в экстренной ситуации и даже не заметила этого. Так, третья ступень – это, конечно, интересно, но зачем мне двое бестолковых демиургов? Они же только и делают, что совершают глупые ошибки.

– То есть они теперь – мои подопечные? – я кивнула на «женихов».

– Да, ты только что признала нас своими подчинёнными, – Верегард страдальчески поморщился.

 – Когда сказала, что мы должны делать то, что ты говоришь, и что ты с нами нянчишься. Кстати, выбирай выражения и прекрати спрашивать о нас сову, когда мы рядом. В конце концов, это просто унизительно для нашего достоинства.

– Это ты ещё выражений не слышал, – усмехнулась я. – Как думаете, ребятки, запихать меня в это тело без моего согласия и потребовать срочно выйти замуж за любого из вас или за обоих сразу было не унизительно? Не получать от вас толком никакой информации – не унизительно? Так что засуньте свое достоинство подальше и начинайте рассказывать в подробностях всё, что может оказаться для меня важным в этом мире.

Начнём с похищения невесты. С какой стати вам понадобилось красть девушку, и тем более делать это вместе, раз вы – конкуренты и не слишком ладите?

Грайн уселся на землю напротив меня, Верегард, поколебавшись, последовал его примеру. Боится испачкаться, или ему нравится смотреть на меня сверху вниз? Впрочем, даже если и так, мне всё равно, с какой высоты на меня смотрят.

– Мы попали в очень неприятную ситуацию, – глубоко вздохнув, начал рассказывать Грайн. – Случайно столкнулись в одном мире с Норамом. Он – демиург четвёртой ступени, но… как бы тебе объяснить… он – опасный для обычных существ демиург. Его стихия – хаос и разрушение. Норам вызвал бурю, которая должна была уничтожить всех олепят, а мы оба оказались там же и остановили эту бурю.

– Олепята – это кто? – уточнила я.

– Вид животных, созданный Норамом. Как он утверждает, неудачный вид. Не знаю, мне они понравились, – пожал плечами Грайн. – То ли звери, то ли птицы, пушистые, смешные.

– Норам правильно говорит, что они бесполезные, – перебил его Верегард. – Если бы я сразу понял ситуацию, я бы, разумеется, не стал останавливать бурю. Олепята – творение Норама, и только ему решать, оставлять ли им жизнь.