Грешный Геша «GG». GG

Ведь всё так классно и весело прошло. На высоте. На недосягаемой высоте.

По пути его переполнял ворох чувств, вихри ранее непознанных ощущений носились в его душе, вызывая ощущение наподобие щекотки. И остановить эту щекотку было уже невозможно.

Геше хотелось смеяться. И он смеялся в лица случайным прохожим, они брезгливо отворачивались, что раззадоривало его всё больше и больше.

Геша уже ржал в голос. И в ночной тишине его голос эхом разносился по округе.

Он чувствовал, что сегодня был коронован.

Да, он король! Он круче, чем король!

Скоро-скоро он станет круче всех и заживёт другой, особенной жизнью. Жизнью дарованной лишь избранным. Не таким как все. Как все эти ублюдки, что копошатся каждый день, суетятся непомерно и считают каждую свою эмоцию и копеечку, экономя и на том, и на другом.

Его чувство собственной важности набухало, распирало и увеличивалось в размерах, твёрдо упираясь в ширинку.

Геше показалось, что член его стал больше, массивнее, мощней.

– Это у тебя ЧСВ такое раздутое?

– Да нет, это чувство собственного достоинства правильно называется.

Он король и прибор – у него, что надо. Круче всех! Круче всех!

Глава 17. А вы любите, когда вас наказывают отсутствием внимания?

Есть такое чудесное слово «внимание». Магическое.

Многие не знают, что с ним делать. Куда сунуть, куда спрятать, как этот фонарик применить… Хаотично машут или вообще выключают и шарят наощупь.

Разное бывает в этом мире грешном…

Мать Геши – интеллигентка в сто пятом поколении очень любила читать модные журналы и опробовать на ребёнке как инновационные методы воспитания, так и новые рецепты приготовления еды, на этом её внимание к подрастающему ребёнку, как правило, заканчивалось.

Там в мире ценных советов и умных людей всё было заманчивей, той обыденности, в которой они жили. И, возможно, это тоже был её способ убежать от реальности бытия, скрыться за обложкой новомодного журнала, смотреть на ту красоту по ту сторону экрана телевизора и таким образом не замечать убогость своей жизни. Несомненно, такое положение дел её унижало, но другого способа как убежать от себя и этой действительности она не смогла найти.

И Геш продолжил семейное дело, впитал атмосферу, паттерны и векторы, только осуществил их с большей горячностью и энтузиазмом – он одновременно бежал и в пространстве, и во времени, и в ментальности, и в астральности, и в моральности, и в материальности, и в любви.