Ночь

– Всё, – шепнул он. – Хватит…

И убрал руку.

Камиль упал на кровать рядом с Франческой, опустив лицо в подушку. Чуть придвинувшись к ней, он положил голову на её плечо. Его раскалённое дыхание обжигающе гладило ей шею. Он прижался к ней всем телом и нежно обнял рукой. Франческа почувствовала себя неловко. Камиль был так близко, совсем рядом.

Она заметила, что рана на её животе быстро зарастает, и через секунду её не стало вовсе. Остались только размытые алые следы крови. Девушка провела ладонью по коже, чтобы убедиться в этом – ни царапины.

А Камиль тем временем приподнял свою руку вверх и они оба наблюдали, как заживало его запястье.

– Почему мне нужна кровь для регенерации, а тебе нет? – удивилась Франческа.

– Ты молодой вампир, – всё ещё тяжело дыша, и с прослеживаемой ноткой эйфории в голосе, ответил Камиль. – Твой организм не до конца приспособился к новым возможностям.

– Значит, я ещё немного человек? – с лёгкой надеждой вдохнула она.

– Не стоит цепляться за человеческую жизнь, – прошептал он и замолчал.

Это было последнее, что Камиль сказал этим днём. После чего вампир повернул лицо к её шее и, прижавшись к ней горячими губами, замер. Быть может, уснул, возможно, и нет. Но он больше не разговаривал и не двигался.

Жар его дыхания отчётливо ощущался на коже… и под кожей. Он растекался внутри тела, проникая в каждую клетку. Всё потому, что пьянящая кровь сильного вампира прямо сейчас сладким вином лилась по сетке её вен. Да, в этом что-то есть…

Франческа оказалась закована в его железные объятия, и ей ничего не оставалось, кроме как заснуть рядом с Камилем.

Было странно, страшно и… приятно. Спит ли он? Непонятно. Но девушке всё же отчего-то представлялось, что он, как и прежде, улыбается ей своей самодовольной улыбкой.

Он был груб с ней. Но она не могла не признавать, что когда он лежал рядом, или обнимал её, или же прикасался к ней губами – он очаровывал её. Быть может, по той простой причине, что Камиль первый мужчина, который таким вот образом проявлял к ней внимание.

Он прибегал к соблазну, да. И ему это удавалось. Но, несмотря на пристрастие к этому бесподобному существу, Франческа всё больше и больше ненавидела его.

Она проснулась, когда город уже окутала тьма. Камиль стоял возле высокого окна и смотрел вниз на улицу.

– Вот и настал час твоего пробуждения, – театрально произнёс он.

– Я хочу уйти отсюда, – ответила Франческа и встала с кровати.