Нам здесь не место

Он выискивал меня глазами. Он держал меня очень крепко, как только мог. Но взбесившиеся люди оттягивали нас в разные стороны. Я отчётливо видела его лицо. На нём теперь вырисовывалось не просто беспокойство, а страх и злость. Я видела его почерневшие глаза, он что-то кричал людям, оскалившись на них как зверь. Нас метало из стороны в сторону. Его брови низко нависли над глазами, а волосы растрепались ещё больше от резких толчков. А люди продолжали бежать, как сумасшедшие, пиная друг друга, не слушая и не жалея никого.

Тогда он громко вскрикнул:

– Прекратите! Хватит же!

И вдруг моя рука выскользнул из его цепких пальцев и меня затащили на яркий свет, будто крысу на лабораторный стол. На долю секунды я увидела его расширившиеся глаза, после чего он исчез в потоке незнакомых лиц. Он пропал. И я больше его не видела.

Снова зазвучал металлический скрежет и за нами с грохотом захлопнулись серые двери. Человек пятнадцать осталось закрытыми в маленькой коробке лифта, сдавленные стенами с четырёх сторон.

И, сотрясаясь, эта коробка поехала вниз. А я, как лампа, которую внезапно выключили, погасла и встала без движения. В груди образовалась пустота. Теперь я одна… Совершенно одна.

Дальше всё было очень смутно. Всё так быстро происходило, картинки сменялись одна за одной. Когда лифт остановился, и двери открылись, нас тут же выгнали из него, и он снова уехал наверх. Я хотела было остается возле него, чтобы дождаться того парня… Я даже не знаю, как его зовут… Но военные никому не позволяли своевольничать.

Мы были как скот в загоне. И нас гнали, гнали, гнали. Грозили оружием. Всем было страшно. Но всё же я вполсилы успевала разглядеть, где оказалась.

Это место по размерам было похоже на гигантский стадион. Дальние стены я едва видела. Высоко над головой, как неустанно следящие глаза, горели лампы дневного света. Было и ярко и мутно одновременно. Или это уже у меня в голове мутило. Нас стали продвигать вглубь подземного бункера. Когда мы отошли примерно метров на пятьдесят от лифта, кто-то из солдат приказал нам разойтись и найти себе место.

Какое место? Но никто ничего не объяснил. И потоптавшись, будто беспризорница, я медленно зашагала вперёд.

Зрелище вселяло ужас. Много, очень много людей было внутри этого бункера. Они ходили, как загнанные псы, сидели на полу, закрутившись в одеяла, лежали. Кругом стояли какие-то ящики. Я сообразила, что это еда и вещи для нас. Пока ящиков было достаточно, но людей было гораздо больше.