Меж трех миров. Том 2

Обернувшись, уже хотела извиниться, но встретилась глазами с Рагнаром, и слова так и застряли в ее горле. За сегодня они говорили лишь один раз и умудрились поссориться. Усугублять ситуацию она не хотела.

– Мы поговорим? – он тоже не улыбнулся, не нашел в себе сил.

– А ты уверен, что хочешь говорить со мной? Последний раз вышло так себе…

– Асшара, – донесся голос Евы из-за спины девушки.

– Видимо нам и правда сейчас лучше не говорить, – пробормотала утренняя звезда, уже готовая повернуться к матери лицом.

– У тебя нет на меня времени, – Рагнар закрыл глаза, стараясь не выдать подступившей обиды. – Поговорим, когда оно появится.

– Нет, стой, я… – но она не успела договорить. Иакулат развернулся и, оттягивая воротник рубашки, поспешил прочь. – Ваше Величество, – Асшара закатила глаза, мысленно представляя, как медленно линчует собственную мать, – вы, как всегда, не вовремя.

– И я рада видеть тебя, – Ева обошла дочь так, чтобы они смогли видеть друг друга.

– Не могу сказать того же. Что вам нужно? – произнесла Асшара с таким холодом, что Еве показалось, будто на красных радужках проступили голубые крапинки.

– Нам нужно поговорить.

– Это не лучшее место.

– Я настаиваю, – убедившись, что дочь не собирается уйти, Ева продолжила: – Асшара, мне жаль, что все так обернулось, не хотела, чтобы все закончилось именно так.

– Вот как? – девушка склонила голову, явно не намереваясь сдерживать свое раздражение. – Странно, ведь все это: корона, сила, власть – именно то, чего вы хотели.

– Я никогда не была королевой рядом с ним. Я не его крови. Но признаю, мы все совершаем ошибки…

– Верно, – перебила ее Асшара. – Но когда мы их осознаем, то стараемся их исправить. Спросите у моего отца. Он старался исправить ваши ошибки. До сих пор это делает, тогда как вы игнорировали саму возможность их совершения! – выпалила она на одном дыхании.

– Нет, не все – словно и не услышав этой короткой тирады, возразила Ева. – Мне нужна твоя помощь.

Глаза Асшары расширились от удивления и возмущения. Она не хотела иметь ничего общего с матерью, не хотела ни видеть ее, ни слышать ее голос, ни уж тем более помогать в чем-либо.