Тайна Безмолвного Леса. Связь с Замирьем

Откуда оно там появилось? Что означает? Почему Вильгельм III прогнал её оттуда? На все эти вопросы она пока не могла дать ответа.

После лёгкой болтовни с подругами перед сном, она легла в кровать, но даже с закрытыми глазами представляла это сияние, сопровождаемое заманчивой мелодией.

***

Математика первым уроком не сулила ничего хорошего. Единственный плюс – это то, что Трукулента не придиралась к обычным шариковым ручкам, ведь в классе находились не только существа волшебной расы, но и другие создания.

Она прохромала в класс, встала перед доской, изогнулась так, что вначале всем показалось, что сейчас у неё сломается позвоночник. Хруст от её костей стоял такой, будто сломалось не менее дюжины деревьев неподалёку.

– Чем будем заниматься? – обратилась ведьма к классу. – Алгеброй или геометрией?

– Я больше алгебру люблю, – заметил Майк Читерн.

– А тебя никто не спрашивает, – сверкнула глазами Власта. – У нас геометрия.

– Вот всё назло, как всегда, – шепнул Майк Фениксу.

– Я сейчас вас рассажу, – заметила учительница. – Или лучше выгоню сразу, а в журнал поставлю отметку об отсутствии. Вы оба что, тут самые умные? У меня абсолютный слух, между прочим. Я окончила пять классов музыкальной школы.

«Я тоже», – Лулу хихикнула в кулак. Власта круто повернулась к ней и вопросительно посмотрела. Ундина сделала вид, будто закашлялась.

– Когда ты болеешь, надо оставаться дома, а не заражать других. Я, между прочим, уже дама в возрасте, а у вас всех ко мне никакого сострадания.

Несколько учеников подняли руку. Майк выкрикнул с места:

– Это фигура из трёх отрезков, которые соединяют три точки, не лежащие на одной прямой.

Все опустили руки. Трукулента дёрнулась, а затем уголки её губ поползли вверх, отчего её лицо стало ещё более жутким.

– А вот и неверно! Это геометрическая фигура. Геометрическая. А не какая-либо ещё. Ты вот тоже фигура, только не геометрическая. Так и треугольник. Единица за урок.

– Как единица?! – Майк вскочил. – Из-за одного слова? Я же даже к доске не выходил!

– Нечего орать, это неприлично. Сядь на место сейчас же, ты срываешь мне урок.

Майк послушно сел, однако, очевидно, внутри он весь кипел.

– Записывайте теорию.