Помагифлексим?

Иногда Оскар бродил по лесу (опять старая оборотненская привычка), выискивая что-то, сам не зная, чего. Он ковырялся палкой в земле, переворачивал камни, наверное, надеясь отыскать какие-нибудь ништяки. Вот только почему-то их там не было. Иногда Оскар ходил к озеру. Это было единственное место, где он мог увидеть своё отражение, если вода была достаточно прозрачной.

Оскара отчислили спустя пятнадцать лет после поступления в Академию за неуспеваемость. Но сперва произошло несколько очень важных событий в его жизни за этот период.

Глава V

Однажды они с классом (если эту небольшую группу вампиров можно было назвать так) поехали на экскурсию в Ганновер – самый популярный город вампиров в Германии. И вот, когда они были в Большом Саду, оформленном по образцу Версаля в стиле рококко, и планировали двигаться в музей Августа Кестнера, то Оскар заметил какой-то экипаж из нескольких карет, остановившихся у выхода к саду.

Из одной такой кареты вышла девушка, и у Оскара вдруг стукнуло в виске, да так сильно, что он схватился за голову.

Убедившись, что его персона никого не интересует в группе, Оскар незаметно отстал от всех и решил понаблюдать за девушкой. Она прибыла сюда с отцом или, может, каким-то другим взрослым родственником, которого не сильно заботила его юная спутница. Как только его ботинок ступил на вымощенную дорогу, мужчина сразу же устремился искать пивнуху, предоставив девушке «свободный выгул».

Вот тут-то Оскар и решил приударить. Девушку звали Миллантэ, она была гречанкой. Её имя при переводе с родного ей языка означало «ночной цветок». Смуглая, с жесткими, слегка вьющимися тёмными волосами, и, как Оскару почудилось, от неё пахло Средиземным морем. Он и сам подивился этому сравнению.

Самое главное – она совершенно не похожа на Ангелину, и потому была абсолютно совершенна, как ему тогда показалось.

Когда отец, или кем бы тот взрослый мужчина ни был, замаячил на горизонте, девушка вдруг вытащила откуда-то кусочек угля и носовой платок, быстро нацарапала адрес и попросила Оскара писать ей. А вампир остался стоять, как лох, посреди Большого сада.