Легенда о Восставшем

Но Тобиасу, который никогда не интересовался какой-либо техникой в школе и уж тем более не изучал технические дисциплины в колледже, это давалось очень тяжело.

Уже который день он сидел вот так вот, склонившись над всеми доступными ему учебниками и этой грудой материала, и ломал голову, что же ему сделать, чтобы это вдруг заработало. Можно сразу задать логичный вопрос: почему Тобиас не использовал магию. Ведь после встречи с Сарой он вроде как чудом «разблокировал» свои гены обратно. Ответ довольно прост: нельзя с помощью магии материализовать то, что ты не знаешь, как выглядит.

– Ты так устал. Может, ты прекратишь этим заниматься?

Полтергейст. Она начинала его уже раздражать и всё же она могла быть ему полезной, а посему бессмертный держал её всегда поблизости.

– Мы же можем с тобой общаться телепатически? Этого достаточно.

Недостаточно. Ты не понимаешь.

– Посмотри на меня.

Кроме меня тебя не понимает никто. Ты ведь даже никогда не разговаривала с себе подобными. Что уж говорить о смертных, которые тебя даже не видят.

Глаза полтергейста явно погрустнели. Тобиас порадовался, что призраки не умеют плакать. Как демон и к тому же социопат он был лишён всякой эмпатии и не смог бы ей помочь.

– Отпусти меня, Тоби.

Тобиас поднял голову, уставившись на бесформенную массу, оканчивающуюся головой сверху.

– Я устала.

У Тобиаса вырвался истерический смешок, который обжёг ему горло настолько сильно, что глаза застелило пеленой. Бессмертный поморщился, но, придя в себя, молча обвёл руками груду металла на столе.

Полтергейст лишь грустно кивнула, прошептав нечто нечленораздельное себе под нос.

Но работа теперь не шла совсем. Не вынеся этой напряжённой обстановки, бессмертный сорвался с места, заметался по мрачной, освещённой лишь одной тусклой лампой на столе, комнатке, подбирая вещи и снова бросая их где попало.

– Куда ты?

В лес. Хочу подышать свежим воздухом.

Заметив, как полтергейст потянулась за ним к выходу, осадил её жестом.

Я хочу побыть один. Мне компания не нужна.

***

Как же приятно снова нестись по земле собственными лапами. Тело волка такое гибкое, пластичное. Родное.