Легенда о Восставшем

Затем она разложила несколько из них прямо возле горящих брёвен, отошла немного назад, возвела голову и руки к небу. Остальные молча наблюдали за ней. Старушка начала говорить. Лулу поняла, что она говорит с Чанчи на знакомом только им, цыганам, языке. Другие люди, собравшиеся здесь, принялись монотонно гудеть, создавая фоновый шум.

Лулу порадовалась тому, что прихватила с собой модернизированные Майком очки для видения призраков. Почти два года назад они отправились в Обливиос, чтобы найти её сестру, Рубину, и эта вещь оказалась просто незаменимой.

Чанчи, которой словно бы надоело на всё это смотреть, спокойненько подлетела к костру, и взмыла прямо над самой верхушкой. В тот же миг старушка воскликнула на общем языке:

– Она здесь!

Присутствующие принялись скандировать её имя в течение ещё нескольких секунд, а затем старушка спросила у неё почти с мольбой:

– Ты – самая величайшая из всех предсказательниц, что мы знали. Мы просим у тебя всего лишь приоткрыть для нас завесу будущего.

– Бабка смотрит прямо на неё, хоть и слепая, – шепнул Майк Лулу.

– А, может, она как ты, призраков видит и слышит?

– Сомневаюсь, что видит. А услышим мы её сейчас все.

Это оказалось правдой. Из ниоткуда раздался женский голос:

– Мои дорогие! Вы проделали такой огромный путь, чтобы преисполниться мудрости. Вы пересекли несколько границ, чтобы понять, как связаться со мной. Это льстит. Услышьте же моё предсказание! – На несколько минут в воздухе повисла гробовая тишина, нарушаемая лишь треском костра.

– Она будто сама этому удивлена, – шепнул Майк, – судя по выражению лица.

По табору прошлось волнение. Цыгане зашептали, зароптали. Старушка обратилась к Чанчи:

– Эта кара обрушится именно на нас? Как скоро?

– Это покроет весь Андеадлинг. Я вижу… за этим стоит один человек. Он очень и очень плохой. Тёмные думы думает он. Сейчас хоронится, не показывается.

– Кто другие? – спросила Лулу шёпотом.

Майк активно думал над словами Чанчи, поэтому проигнорировал Лулу.

– Я могу рассказать кому-то отдельное предсказание.

Многие цыгане подошли ближе, протягивая руки к невидимому призраку, пытаясь привлечь внимание. Но Чанчи мотнула головой.

– Нет-нет, среди вас есть один… не наш.