Легенда о Восставшем

Слуга покорно отошёл в сторону, взявшись за ручку двери. Майк пригладил волосы, которые непременно снова встали торчком после его неловких движений.

«Я здесь по работе. Чисто по работе».

Эммануэль отворил дверь и, слегка склонив голову, вошёл первым.

– О, Эмми, ты привёл его? Я же носом чую, что привёл.

Услышав голос матери, Майк почувствовал, как сердце забилось чаще. «Чёрт, это её голос. Её, мамин!»

– Да, госпожа. Господин Читерн прибыл пару часов назад.

И вот Эммануэль отошёл в сторону. Мама стоит перед Майком.

Она ничуть не изменилась. Даже нет ни единого намёка на седину в её смоляных, собранных в пучок, волосах. Лукавый взгляд серебристых глаз, ямочки на щеках. Она сидит в простом голубом платье, не укутанная в меха, как слуги. Настоящая царица своего ледяного царства. Снежная королева. Снежная волчица. Пусть и не с белой шерстью.

Майк потерял дар речи. Ему хотелось начать визит с пафосной речи, показать свой профессионализм и не распыляться на сантименты. Но стоя перед своей родной матерью, которую не видел уже одиннадцать лет, он почувствовал, как засвербело в носу.

Нэнсуаннета выгнула бровь, ожидая каких-то действий от Майка. В её холодном взгляде не читались ни заинтересованность, ни радость, ни осуждение – ничего. Бездушие и безразличие.

Впрочем, это дало Майку вспомнить, зачем он здесь и кто перед ним. Он поклонился, опустив глаза в пол, чтобы не встречаться с глазами матери.

– Прошу прощения у Вашего Величества, его Светлейшество царь Эдмонд вызвал меня к вам, чтобы разобраться с некоторой досаждающей вам проблемой.

– Так.

– Призраки, они досаждают вам. Я об этом.

– Ты помнишь, ты видел покойную бабушку у нас на кухне?

– Ч-что? – Майк поперхнулся.

– Белая волчица. Ты пришёл после школы, а я разговаривала с ней, пока запекала дикого голубя к ужину. Ты спросил, кто это. С кем я разговариваю. Это покойная бабушка.

– Н-но, я… не видел никаких волчиц, а тем более бабушек. Простите, госпожа, – Майк счёл уместным ещё раз поклониться.

С Нэнси вдруг словно бы сошло оцепенение. Теперь она уже с любопытством рассматривала юношу. Она встала со своего кресла, дала знак Эммануэлю выйти и подошла вплотную к юноше. Майк понимал, что она собирается сделать. Обнюхать его. Он прикрыл глаза, слушая шумное дыхание матери. Как в детстве перед сном. У Майка появилось непреодолимое желание броситься к ней в объятия, и он с трудом поборол это чувство.

– Ты не Карл, – подытожила она, завершив своё исследование.