Реквия. Повесть первая. Воинша и чародей

– Тогда я прошу вас пройти со мной во дворец, дабы уже в нем у нас с вами была возможность обсудить грядущее соглашение, – королева отвернулась от них и направилась сквозь расступившуюся толпу в сторону высоких ворот, за которыми совершенно не было видно стен крепости-внутри-крепости.

Это – великая честь для меня. Быть может, мне даже не придется пользоваться услугами Иши для того, чтобы устроиться в местный университет. Ох, мой друг бы мной гордился.

– Мисье Аст, можно я спрошу у Вас кое-что крайне важное для меня? – Иша, направившаяся за королевой первой, приостановилась, дождавшись, пока Эриа-Герая и ее советник отойдут на несколько шагов.

– Конечно, спрашивайте, – мужчина не сразу собрался с мыслями, дабы ответить.

– Вам когда-нибудь писал письмо друг, говоря, что в Руби Вам не придется бежать от того, что угнетало Вас в Реоне? – девушка посмотрела ему прямо в глаза, и Аст, с трудом сдержав удивление, только спросил:

– Откуда Вы знаете? Читали?

– Нет, нет конечно же. Просто предположила, – Иша поспешила за королевой, но сам реонец приостановился, пытаясь понять, что вложило в уста этой, по его мнению фанатичной, девочки столь верные слова.

Глава III «Дворец из серебра»

Дворец оказался совершенно не деревянным ни внутри, ни снаружи, чем и отличался от прочих рубийских зданий. Трехэтажный, с широкими окнами в пол, он был словно высечен из серебра – столь странно и безвкусно выглядел, расширяясь кверху.

– Я не считаю, что здесь были приняты верные архитектурные решения, уважаемый иноземец Аст Пиер, – королева говорила не оборачиваясь, и терновый венец сверкал на ее голове, совершенно не закрывая странной прически из небрежно уложенных коротких волос.

– Прошу прощения, но мне рассказывали, что божество вашего народа заперто в ином месте, – Аст кашлянул себе в кулак, когда Иша, после его слов, странно вздрогнула, уже привычным движением вцепившись в свой серебряный пояс.

– Конечно. Ментальная суть великого Алека заперта за Вратами, но вот его физическая оболочка похоронена глубоко под плотью камня. Ибо, когда боги заковывали его, они не могли одолеть душу, – Эриа-Герая на мгновение обернулась, и взгляд ее широких глаз совы скользнул по лицу мужчины.