Я попала в тело принцессы фениксов!

Когда я думаю о счастливых воспоминаниях, я вижу, как мы с отцом сидим в его кабинете, как завтракаем, как дерёмся на мечах, как летаем.

И сейчас мне мерзко от того, что эта жизнь и эта я – не настоящие, ведь девятнадцатилетняя я заняла место годовалого ребёнка. И всё же, если я не Аранья, почему мне кажется, что я по-настоящему помню королеву Ноэзию? Женщину, что держа на руках младенца, назвала своей дочерью именно меня.

Дурацкий сон! Мне не нравится думать обо всём этом! Мне не нравится задумываться о моём попаданчестве всерьёз! Мне просто нравится жить сейчас.

Глава 13. Принцессам разрешены капризы

«Принцессам разрешены капризы», – именно так решаю я утром и заявляю Мине, что на тренировку с отцом не пойду.

– Но принцесса…

Моя почти мама теряется в словах, что мне отлично слышно, несмотря на то, что я утыкаюсь лицом в подушки и прикрываю голову одеялом, нагло давая понять, что вместо ежедневной утренней тренировки выбираю сон.

– Принцесса, – женщина старательно подбирает слова, – но как же так? Ваш отец расстроится, если вы не придёте.

Расстроится, да? Мягко Мина выразилась! Скорее, смерит того, кто принесёт ему сию замечательную весть суровым взглядом, хмыкнет и обдумает план отмщения. Изощрённый, неожиданный для меня(куда более неожиданный, чем для него моя подстава с сорванной совместной тренировкой) и неочевидный, так что, даже будучи настороже, я не угадаю, откуда подставы ждать.

– Я извинюсь перед ним позже, – понимая, что меня ждёт, я всё же намереваюсь идти до конца со своим детско-подростковым капризом понежиться в кроватке подольше.

Придя к выводу, что просьбы передумать не возымеют на меня эффекта, Мина выходит из спальни. Мне вполне понятно, почему моя няня растерялась в возникшей ситуации. Хотя все во дворце видят, что мои взаимоотношения с королём фениксом улучшаются год от года, а это постоянно на слуху хотя бы потому, что с семи лет мы празднуем мой День рождения каждую зиму, прежде я не осмеливалась пропускать наши с отцом занятия или слишком задерживаться, если он меня звал.

Меня тянет доспать те предрассветные часы, что я потратила на глупые слёзы и размышления.