Проект «Миры пяти солнц». Раскачивая равновесие. Эпизод 3

Клювоподобные челюсти травоядного, способные перекусывать ветки толщиной в несколько дюймов, наконец сомкнулись окончательно, и Храп конвульсивно задёргался, поливая песок собственной кровью из разорванной артерии.

– Жульё! Обманщики! Это всё подстроено! – кричали проигравшие деньги люди вокруг, но направившийся к выходу Маркус Джей Лоуренс их уже не слышал.

К чести главного инспектора стоит сказать, что он смог обуздать свои эмоции очень быстро. Уже выйдя на улицу, шеф полиции был абсолютно спокоен.

– Маркиз! Маркиз Лоуренс! – окликнул со спины знакомый голос, в котором инспектор узнал своего штатного некроманта.

Поморщившись, мужчина обернулся. Несмотря на то что Прогис был сотрудником исполнительным и усердным, шеф полиции его не любил. И дело даже было не в его вызывающей внешности: маске чумного доктора, залатанной одежде и прочих атрибутах «истинного некроманта». В конце концов, каждый сходит с ума по-своему.

– Что тебе?

– Да вот… Хотел поинтересоваться, как вам задумка Шрамов? – спросил некромант елейным голосом.

– Какая задумка? – непонимающе мотнул головой инспектор.

– Ну как же… С безрогом. Это ведь их ящер. Они его у инков в карты выиграли. Напоили заезжего шамана и выиграли, – стал быстро пояснять Прогис. – А безрог этот дрессированный на сопровождение и охрану.

– Безрог? – удивлённо вздёрнул брови Лоуренс. – Это же как свинью в охрану вместо собак ставить!

– Кабан тоже свинья, а волк на него в одиночку не пойдёт, – хихикнул Прогис. – Инки их на охрану детей заклинают.

– Вооот оно что… – процедил инспектор сквозь стиснутые зубы.

– Эм… Шеф, а они что Вам ничего не сказали?

Маркус Джей Лоуренс оставил вопрос некроманта без ответа и, резко развернувшись, направился быстрым шагом к своему самоходному экипажу, накладывая на ходу ключ-заклинание на пусковую печать маготехнического двигателя.

Несмотря на то что и Фредерик Шольц, и Герхард Рэдл, те самые отправленные ему на перевоспитание разгильдяи, Лоуренса частенько выводили из себя, они ему нравились. Нравились, потому что напоминали самого себя в юности.

И вот чем они отплатили за его терпение – специально не сказали о том, что Храп, скорее всего, проиграет.