Жулики. Книга 6

– Ну что ж, господа, все свободны. Выходите, забирайте свое имущество и всего наилучшего. Заждались дома-то, небось? Мадам, принесите этим двум несчастным что-нибудь накинуть на себя. Видите, стесняются?– распорядился Мишка.

– А эти?– мадам Зизи, ткнула пухлым пальцем в сторону, воющих в экстазе драки, мародеров.

– А этим не до вас. У них разборки внутренние. Не мешайте. Минут пять еще повоют и успокоятся,– заверил Мишка.

Мадам Зизи, переваливаясь уткой, ушлепала за тряпками для голозадых, а заключенные стали выползать из каморки, испуганно вздрагивая при очередном визге или рыке, частота которых начинала снижаться.

Наконец, прикрытая Мишкой дверь в трапезную, с грохотом распахнулась, и в коридор вылетел спиной вперед Лохматый, с вцепившимся в него Одноглазым.

Рухнув на пол, они покатились по нему, рыча и сквернословя.

– Самые выносливые видать,– сделал вывод Мишка, щелчком останавливая сцепившихся насмерть мародеров. Так и замерли, как братья, обнявшись и переплетясь ногами.

Заглянув в трапезную, Мишка убедился, что не ошибся, когда определял крутизну Одноглазого и Лохматого. Целой мебели и посуды, при беглом осмотре не наблюдалось и во вменяемом состоянии кого-либо тоже. Даже шлюхи, пестрели юбками там и сям в самых жалких позах. Кто-то стонал, с клекотом выплевывая выбитые зубы, и хрипел у самого порога Огюст, сжимая в руке окровавленный тесак.

– Это кого ж ты зарубить успел? Придурок,– Мишка принялся оглядывать тела, оборванцев и шлюх, но обезглавленных не обнаружил и, успокоившись, пожал плечами:

– Из носу натекло, наверное.

– Слышь, Миха, где это мы?– спросил он хриплым голосом.

– На Дне. Парижском,– Мишка посторонился, давая возможность появившейся мадам Зизи, оказать "вспомоществование сирым".

– Это мой камзол,– обрадовался один из голозадых, выхватывая из ее рук свою одежду.– У меня еще деньги с собой были, целый Луидор и пенсне,– принялся шарить он по карманам одежки и разочарованно притих, обнаружив их вывернутыми.

– Получите свое имущество через полчаса,– пообещал Мишка, вселяя надежду в сердца потерпевших.– Придут в себя оглоеды и все вернут.