Смутные времена. Книга 5

Может, повторите?

– Чего? Еще водяра есть?

– Вот,– Михаил звякнул по полу еще тремя пол-литрами.– На Новый год купил, но вам, вижу, нужнее. Сразу видно, что спецы.

– Точно. Тут мы кому хочешь рога обломаем. Только без закуски вторая может колом встать,– почесал затылок бригадир.– Хоть бы сырок какой занюхать.

– Извините, парни. Виноват,– Михаил поставил перед бугром кастрюлю десятилитровую и брякнул на нее три деревянные ложки.– Вот каша. Сойдет?

– На Новый год пади наварил?– пошутил бригадир.

– Точно, но вам-то в самый раз сейчас,– не стал спорить Михаил.

– Что за каша?– полез в кастрюлю бригадир. Из-под поднятой крышки вырвался клуб пара и запах мясной ударил ему в нос.– О, тушеночка с чем-то,– рука его с ложкой нырнула в кастрюлю и вернулась исходя ароматом горохового концентрата. Бригадир снял пробу, остался ей доволен и рявкнул начальственно.– Налетай, хлопцы.

– Приятного аппетита, парни,– пожелал бригаде Михаил на прощанье, запирая за собой дверь в квартиру.

– М-м-м-м,– замахали ему в ответ благодарно ложками "маляры", откупоривая бутылки, с набитыми ртами.

Через полчаса они уже сидели обнявшись на ступеньках и размахивая руками, с зажатыми в них пивными бутылками, хором исполняли русские народные песни. Особенно хорошо у них получались.– "Эх Мороз, Мороз, не морозь меня" и "По долинам и по взгорьям".

– Э-э-эх, Мо-ро-о-о-о-оз, Мо-ро-о-оз..,– выводил басом бригадир, так что тренькали стекла в окнах и двое остальных членов бригады, подхватывали тенорами,.

– Не-е морро-о-о-о-зь ме-енння-а-а-а,– ревел бригадир.

– И-и мово-о-о-о коннн-я-а-а-а-а-а!– дружно подхватывали тенора.

– Эх, братаны, хорошо! Давайте выпьем за ваших баб,– предложил тост бригадир.– Хорошие у вас баб-бы. Особенно твоя, Санька. Такая шустрая Ленка. За нее,– лязгнул он своей бутылкой по Санькиной.

– Твоя тоже ничего,– поддакнул ему тот, присосавшись к горлышку.

– А ты откуда знаешь?– чуть не захлебнулся пивом бригадир.

– А ты про мою Ленку, что она "шустрая"?– Санька тоже перехватил бутылку поудобнее.

– Ты чего такое сказал, морда?– сунул ему мозолистый кулак в нос бригадир, расшибая его в лепешку.

– А ты?– заорал Санька, захлебываясь кровью, вскакивая и опуская бутылку ему на голову. Разлетевшаяся в мелкое крошево, она осталась торчать из его кулака, безобразными срезами горлышка, облив пивом бригадира и проломив ему буйную голову.