Авантюристы. Книга 6

– Извините, мы к вам в другой раз подойдем,– попросила прощения фрау и увела свою капризную дочь, оставив Адольфа копошащегося у треноги без оплаты. Целый час был потрачен впустую и Адольф, раздосадованный неудачей и отсутствием к нему очереди желающих «зафиксироваться» на ватмане, принялся стирать с нарисованной фрау одежду. Хмыкнув и оставив только лицо, он выполнил рисунок в стиле «Ню» и вместо девочки пририсовал рядом с фрау шимпанзе. Увлекся творчеством свободным так, что когда перед ним появились два жандарма-майора, не сразу и внимание на них обратил.

– Порнографию распространяем, молодой человек?– услышал он мужской голос с командирскими интонациями и оторвавшись от мольберта, уставился рыбьими глазами на жандармов.

– Статья уголовная имеется в Австрии по этому поводу,– жандарм явно не шутил.– Вы, молодой человек, не серб ли часом? Что-то мне ваши глаза не нравятся,– глаза у Гитлера слегка подбитые оба, возмущенно блеснули, но он благоразумно сдержался и ответил довольно учтиво:

– Господин майор, я немец.

И сербов презираю. Мерзкий народ, так и норовят из револьверов в какого-нибудь вельможу выстрелить. Убийство престолонаследника нашего Фердинанда с супругой в Сараево им прощать нельзя. Такой народ нужно поголовно истребить, что бы другим не повадно было.

– А документы у вас имеются, господин художник?– перебил его жандарм, по-прежнему раздраженным голосом.– Предъявите паспорт и лицензию на право рисовать здесь, на Шиллерплац.

– Какую лицензию?– Адольф так удивился, услыхав о необходимости покупать теперь право на рисование, что даже заплывшие глаза у него раскрылись до нормального размера.

– Обыкновенную, казенную и квитанцию, что все оплачено вперед на месяц,– жандарм требовательно протянул руку в белоснежной перчатке.

– На какой месяц? Я тут проездом на один день из Мюнхена. Поступаю в Академию, привез работы,– Адольф полез в карман и вытащил паспорт.

– На один день? Ничего не знаю. Один день или год, у вас ваши намерения на лбу не написаны. Порядок есть порядок, господин…– Михаил взглянул в документ…– Рабинович Адам.

Что ж ты лжешь, морда жидовская, что немец? А вот тут ясно написано, что еврей,– Михаил ткнул обомлевшему Адольфу паспорт в заплывшие глазки и тот отшатнулся, пытаясь навести резкость.

«В участке выдали чужой паспорт по ошибке»,– сообразил он и завопил, оправдываясь:

– Это не мой паспорт! В полиции всучили!

– Заткни хайло, морда жидовская,– оборвал его грубо майор-жандарм.– Думай, что говоришь.