Саги огненных птиц

Одета совсем как взрослая, но голубое платье было длинно в рукавах, и не держали их даже широкие обручья. Дочери Агни, заметив взгляд Ольгира, заулыбались ему – одна другой краше, и он одарил их сияющей улыбкой. Старшая из них зарделась, потупила взгляд, а младшая игриво подмигнула Ольгиру. И для кого только берёг их ярл? Девушки давно уж были зрелые.

– Может быть. Но ещё я бы сказал, что нам не помешал бы союз с Анундом. А у него есть дочь.

– Вот как! – Ольгир и правда удивился. – То есть Лейву досталась всего-то его двоюродная сестра.

А мне дочь, вот так сразу. Конунг Анунд не согласится на такой союз.

– После грабежей, которые ты учинил, так и есть, – Агни было всё труднее скрывать недовольство, но говорил он всё это с полусерьёзной улыбкой. – А значит, только тогда бы я напомнил тебе про своих дочерей.

– Твои дочери хороши. Это просто прекрасно, что личиком они уродились в матушку, а не в усатого кривого отца. Но жена у меня уже есть. Вернее, будет.

– Кто она?

– Сейдкона и принцесса троллей, – без смеха ответил Ольгир, но Агни захохотал, решив, что это очередная шутка.

– Твоя вера не позволит жениться на ней, в самом-то деле. Эта женщина годится такому, как ты, только в наложницы.

– Я женюсь на ней.

– Наиграешься ведь…

Ольгира, как кстати, позвали, и он ушёл, нетерпеливо и слишком быстро. Агни остался сидеть в своём кресле, угрюмо взирая на гостей.

– Пойдёт ли кто за таким? – послышался скрипучий голос за спиной.

– Старый Лис, – протянул Агни, не оглядываясь на ключника.

 – И давно ты тут?

– Я? Да как Арн Креститель назначил, с тех самых пор…

Из тени показался Рун, прозванный Старым Лисом ещё в те времена, когда на голове его была густая копна рыжих волос. С годами он облысел, и всё лицо его стало невзрачным, будто ветром вылизанное. Ни за одну черту невозможно было уцепиться глазом, кроме как за куцую бородёнку, похожую на лисьи белые усы, стоящие торчком. Был он, казалось, старше всех при дворе и хорошо помнил даже деда Ольгира.

При Арне Крестителе он был советником, а как умерла вторая жена конунга, стал и его ключником. Вместо положенной хозяйки владел он всеми ключами от Большого дома и двора. Сновал повсюду неслышной тенью и, верно, знал обо всём, что происходило внутри дома и за его пределами до самых стен. А может, и дальше простирались его знания.

– Хватит с меня шуток, Лис. Я уже устал от них, пока сидел рядом с этим плутом.