Саги огненных птиц

– Да стой же.

Ингрид подняла над водой вёсла. Течение, развернув лодку носом вперёд, неумолимо понесло их прочь от переправы.

– Положи их в лодку. – Ольгир кивнул на вёсла.

– Чего ты добиваешься? – недоумённо вскинулась Ингрид. – Я не хочу ни за какое серебро волочь лодку от брода до дома!

– Положи их в лодку, – повторил Ольгир. Правая щека его дёрнулась.

Ингрид заглянула в насмешливые глаза и, не опуская взгляда, вытащила вёсла. Она смотрела на него теперь уже с плохо скрываемой ненавистью. Сколько же лис он прячет за ушами?

Холодок прошёл по коже Ольгира от её пронзительного гордого взгляда.

Он облизал пересохшие губы и резко потянулся к ней всем телом. Губы их соприкоснулись, и Ольгир схватил Ингрид за волосы, плотнее притягивая к себе. Ингрид вновь опалило его горячим дыханием. Она замерла, не зная, как вести себя. Тело её стало безвольным и непослушным.

Ольгир жадно и требовательно впился в её губы. Ладони его сновали по телу Ингрид, и от каждого прикосновения в крови загорались искры.

Голова опустела, мысли покинули её, и всё, что осталось, – это сбивчивое из-за поцелуев дыхание да обезумевшее сердце. Весь мир куда-то унёсся, не оставив времени на размышления.

Ольгир нетерпеливо приподнял подол её платья, и мозолистые пальцы его коснулись нежной кожи бёдер. Ингрид как иголками пронзило. Она отшатнулась от Ольгира, вжалась в лодку и бросила на него яростный взгляд. Пугающее ощущение реальности нехотя возвращалось к ней. Всё тело её затрясло как в лихорадке.

– Не трогай меня, – непослушными, дрожащими губами произнесла она.

Ольгир склонил голову, вновь ухмыльнувшись.

– Клянусь, я убью тебя, если ты ещё раз тронешь меня. – Голос её обрёл силу. – Проклятием стану!

Снова та же полуулыбка. Ольгир, не обращая внимания на её слова, вновь приник к её телу. Он несильно прикусил её за шею и потянулся своими устами к её лицу. Ингрид запрокинула голову и закричала, что было духу. Крик её быстро сорвался. Он снова запустил руки под платье, и Ингрид тонко всхлипнула от страха – такой беспомощной она себя ещё никогда не чувствовала.

– Убери руки! Убери!

Но Ольгир не слышал её. Она снова закричала, и Ольгир зажал ей рот ладонью.

– Не кричи, – прошептал он.

Ингрид рванулась, пытаясь высвободиться, но Ольгир оказался гораздо сильнее её. Она брыкалась, лягалась, но всё было без толку. Её отчаянное сопротивление, казалось, лишь веселило и дразнило Ольгира.

– Тш-ш-ш, – шикнул он. – Тише ты, тише. А не то потопишь нас.