Враг моего отца

Губы неприятно потянуло в усмешке. Чего я жду? Старею? Звоню этому балбесу, чтобы что… выслушал? Пожалел, как я вымотался? Сам же играл перед ним железного, он теперь так и воспринимает меня. Без чувств, без потребностей. – Все.

И я отрубил звонок, несмотря на протесты с той стороны.

Нет бы принять душ и лечь спать – продолжал сидеть и прислушиваться. В коридоре вдруг стукнула дверь, раздался топот ног. Когда в номер забарабанили, я моргнул – какого? Передумала? Вряд ли…

– Слава! – послышался ее приглушенный взволнованный голос, и я уже не стал тупить.

Стоило открыть двери, Кристина чуть не сбила с ног:

– Багратов, мой отец, звонил – надо убираться! – и она живо хлопнула дверью. – Пожалуйста, быстрее!

Как же я устал! Нарочито равнодушно отвернулся и не спеша вернулся в свое кресло.

– Ты оглох? – охрип ее голос. Она подскочила ко мне и растерянно застыла в паре шагов. – Думаешь, я шучу?

8

– Я не боюсь твоего отца, – поднял на нее глаза.

– Ты тут один, а…

– Он приедет вызволять тебя с целой сворой? – перебил раздраженно.

– Потому что ты не дашь мне тогда шанса не подпустить тебя к нему. Некому будет.

– Что он тебе сказал? – повернул я голову чуть вбок, «оживая» внутри. Она снова здесь, будто магнитом ее притянуло, и мы опять грыземся – красота!

– Что знает, кто ты такой.

А Куваев времени даром не терял… Значит, знает, кто я и что ничего хорошего его дочери не сделаю. По себе, ублюдок, меряет?

– Наверное, хочет нам Оскар вручить за сценку в его кухне, – усмехнулся я.

Кристина, наверное, прочитала недоброе на моем лице, потому что снова заскулила:

– Багратов, пожалуйста, побежали! Тебе не понравится, если он успеет сюда раньше, чем я тебя спрячу!

– Ты меня спрячешь?! – веселился уже откровенно. – Знаешь, хорошо, что меня в России никто не знает. Оборжалась бы вся братва…

– Скоро будет плакать! – не теряла она надежды меня уговорить.

Хороший повод оставить ее в покое – разнесу сейчас к чертям весь энтузиазм Куваева, выплесну всю гниль разом и забуду, как страшный сон.

– Что ты хочешь? – Стройный ряд картинок перед взглядом мигнул и погас. Я моргнул и с трудом сфокусировался на лице девчонки. Та, оказывается, опустилась у меня в ногах, готовая… что, умолять?

– В смысле? – сдвинул я брови к переносице.