Твое сердце будет разбито

Мам, помнишь братьев Степановых? Я их встретила, представляешь!

– Да ты что? – всплеснула она руками. – И как они? Выросли, да? А родители у них как? Все хорошо?

– Дана, помолчи, – оборвал ее Андрей. – Полина, мать тебе несколько раз звонила. Почему не отвечала?

Я вытащила из кармана мобильник – он разрядился.

– Телефон сел. Прости, мам!

– Это крайне безответственно – заставлять мать волноваться, пока ты прохлаждаешься с парнями, Полина.

– Да это друзья детства!

– Я видел, какие вы друзья, – хмуро ответил Андрей с намеком.

И я поняла – он видел, как Игорь меня поцеловал. Меня это рассердило.

– Но…

– Не будь легкомысленной. В твоем возрасте нужно не о мальчиках думать. А об учебе.

– Я о ней и думаю.

– Ты должна получить медаль.

– Я ничего никому не должна, – вырвалось у меня. Отчим нахмурился. Он и так был раздражен, а тут я еще смею перечить.

– Нет, милая, должна. С отличием закончить школу, получить медаль и поступить на бюджет. Хочешь учиться на платном – зарабатывай сама.

– Андрей, ну ты что! – воскликнула мама. В ее глазах заблестели слезы. Она ненавидела конфликты и становилась беспомощной. А еще она боялась перечить отчиму. И меня это обижало.

– Еще раз. Твоя дочь не должна думать о парнях. Она должна заниматься учебой.

– Или гонками, – тихо сказала я. Опять не получилось промолчать.

Глаза Андрея потемнели.

– Следи за языком, – с угрозой в голосе произнес он.

– Полина! Ну что же такое! – вскочила на ноги мама. – Перестань дерзить!

– Ты обязана приходить домой до восьми часов.

И никаких парней, – выдал отчим. – Иначе будешь наказана.

– Но…

– Без но. В этом доме правила устанавливаю я. В своем доме, – подчеркнул отчим. И мне стоило больших усилий, чтобы не ответить. А потом я просто ушла в свою комнату и не выходила до следующего утра.

Мне было обидно. Слова о платном отделении задели меня. Не то чтобы я планировала поступать на платное – для меня существовал только бюджет. Однако сегодня отчим ясно дал понять, что платить за меня не намерен.

Да мне и не нужны были его деньги! Куда больше меня задело то, что мама не вступилась. Не сказала, что я не делаю ничего плохого, что много занимаюсь, что поступлю на бюджет… Она как будто устранилась. Боялась встревать между нами. И, лежа в постели, я думала – кто для нее важнее? Я или отчим?

Глава 10. Ранение одиночеством

Барс проводил недобрым взглядом синеглазку, которая бабочкой впорхнула в подъезд.