Твое сердце будет разбито

Гнилое место, я тебе скажу.

Вот оно что. Родители братьев, насколько я помнила, были не то чтобы богатыми, но обеспеченными – точно. Кажется, их отец имел свой небольшой бизнес.

– Не нравится гимназия?

– Пятьдесят на пятьдесят. Учителя сильные. А ученики – не очень. Есть нормальные. А есть детишки снобов, у которых в головах одни шмотки, айфоны и тусовки. Одноклы вечно соревнуются, у кого батя богаче.

– Когда слышу или вижу слово «одноклы» – первая ассоциация с одноклеточными, – рассмеялась я.

– В нашем классе это синонимы, – улыбнулся Игорь. – А ты в какой школе учишься?

– В сто пятой, новой.

– Надо же. Вика тоже там учится…

– Ого! Хочешь, при встрече я ей в спину плюну? – предложила я, а он лишь рассмеялся.

– Просто забей, хочу вычеркнуть из жизни этого человека.

Болтая, мы добрались до жилого комплекса, в котором находилась наша квартира. Расставаться с Игорем и возвращаться домой не хотелось. Мы встали у дороги, рядом с парковкой, и снова заболтались.

– Кстати, а почему твои родители решили переехать? – спросил Игорь. – Отец захотел? Я до сих пор его помню. Такой крутой мужик! Я из-за него тоже мечтал стать пилотом, когда мелким был!

Упоминание о папе кольнуло в груди. И сразу вся радость исчезла, оставив место лишь холоду.

– Это не папа захотел переехать, – опустила я глаза.

– Твои родители развелись? – свел густые брови к переносице Игорь.

– Нет.

– А почему? Что-то… случилось, Полин?

В глазах сами собой заблестели слезы. Так часто бывало, когда кто-то начинал расспрашивать о папе. Я поспешила опустить голову и закрыться волосами – не хотела, чтобы друг детства увидел, как я плачу.

Игорь все понял – по одному моему поникшему виду.

– Нет, только не говори, что… – Он потрясенно замолчал.

– Да. Его больше нет, – прошептала я, ненавидя себя за то, что из глаз потекли слезы. Перед Игорем было неловко. Решит, что я какая-то истеричка. Но так больно было в душе, что хотелось кричать и выть. Мы столько сегодня говорили о нашем общем прошлом, что я не выдержала.

Игорь вдруг обнял меня. Одна его рука покоилась на талии, ладонь другой лежала на макушке. Я прижималась щекой к его теплой груди и чувствовала, как гулко бьется его сердце.